Гэргон, принявший свое истинное обличье, упал на одно колено. Когда Элеана бросилась к нему, он поднял руку в перчатке. Взвился фонтан искр, и комнату наполнил едкий запах горящих компонентов. Ионная экзоматрица треснула в нескольких местах. Некоторые терциевые и германиевые цепи зловеще светились, тогда как другие казались почерневшими, расплавленными.
Элеана повернулась к Реккку:
— Он весь в крови!
С трудом поднявшись на ноги, Реккк подошел к гэргону.
— Прости, что причинил тебе такую боль, Реккк, — сказал Нит Сахор. Его голос звучал странно, приглушенно, словно шел из другого измерения. — Однако за такой короткий срок ничего лучше не смог придумать.
— Не беспокойся, — сказал Реккк, опускаясь перед гэргоном на колени. — Что случилось?
Нит Сахор поднял голову и посмотрел Реккку в глаза. Янтарного цвета кожа головы была покрыта нездоровыми пятнами, впалые щеки — в пятнах крови.
— Потребовалось весьма усердно защищаться от врагов. — На его губах мелькнула грустная улыбка. — Давненько мне не приходилось заниматься этим. Боюсь, я утратил форму. Пришлось прибегнуть к стратегическому отступлению.
— Насколько тяжело ты ранен?
— Цел и невредим, уверяю тебя.
Но мрачные интонации его голоса, какая-то бледность в поразительных звездно-сапфировых глазах сказали Реккку, что гэргон лжет.
Гэргон повернулся к Элеане, медленно выпрямляясь во весь рост.
— Так это и есть юная предводительница кундалианского Сопротивления?
— Ты знаешь обо мне? — с опаской сказала девушка.
— Конечно. Реккк время от времени посылал мне сообщения о ваших успехах.
— Тогда ты знаешь, что я оставила Сопротивление, чтобы помочь Джийан и Реккку отыскать Дар Сала-ата. Ваши кхагггуны слишком хорошо поработали над опустошением наших рядов и уничтожением нашего идеализма.
— Необходимый, хотя и прискорбный поворот колеса. Прими мое сочувствие.
— И что мне с ним делать?
— Прошу прощения. — Гэргон моргнул. — Это юмор?
— Не знаю, — сказала она. — Если юмор, то черный. Я впервые встречаю гэргона, хотя не помню уж, сколько раз мечтала об этом. Я мечтала расправиться с таким, как ты, — голыми руками, если придется. Вы убили стольких кундалиан — так жестоко, бессмысленно, с особенным удовольствием. — На ее ресницах задрожали слезы. — Столько кундалиан погибло, будто река плоти и костей вылилась в море Крови, заново заслужившее свое название.
— Какой пыл! — одобрительно сказал Нит Сахор. — Я высоко ценю твою страсть. Поверь, в грядущие дни и месяцы она окажется бесценной.
Элеана справилась с гневом, крепко сжав кулаки.
— Я убила бы тебя сейчас, если бы Реккк позволил.
— Понимаю. Я не могу сказать ничего, что компенсировало бы пролитую кровь, причиненные нами боль и страдания. Лишь одно поддерживает меня при мысли о грядущих мрачных временах. Надеюсь, что однажды ты увидишь меня таким, каков я на самом деле.
Элеана повернулась к нему спиной, не ответив даже на ласковое прикосновение Реккка.
Нит Сахор обвел комнату взглядом.
— Кстати о госпоже Джийан. Где она?
— Пошла за Дар Сала-атом, — ответил Реккк. Лицо гэргона на мгновение омрачилось.
— Одна? Реккк, по-моему, я ясно выразился.
— Да. Просто у Джийан есть своя воля.