Наступила пауза, когда на стол подали напитки. Реккк сделал слуге знак удалиться.
Осторожно, почти благоговейно, Джийан закрыла коробочку.
— Я не могу принять нефилию. Его сердца упали.
— Почему нет?
Она посмотрела на него пронзительным взглядом.
— Потому что это от тебя.
Тут, казалось бы, ничего не поделаешь. Однако Реккк не привык к поражениям, а еще у него было обещание Нита Сахора, что она полюбит его — по доброй воле. Он разлил мутный раккис, но она отказалась пить. Когда он спросил, чего бы она хотела поесть, Джийан ответила:
— Ничего.
Он наклонился вперед.
— Джийан, я ударил тебя. Я обещал, что не трону тебя, но ударил. Прости. Пойми, ты довела меня...
— Так это моя вина? — Она пришла в ярость.
— Нет, конечно, нет. Я не имел в виду...
— Ты так сказал.
— Слова... — Реккк улыбнулся ей, несмотря на боль. Это, пожалуй, было одно из самых трудных дел в его жизни. Он наклонился еще ближе. — Джийан, клянусь тебе, это правда. Твое поведение убивает меня так же надежно, как если бы ты пронзила меня моим же ударным мечом.
— Свор-командир...
— Зови меня Реккком, прошу.
— Назвать тебя по имени предполагало бы некую... близость, которой не существует.
— Я знаю, твое сердце не может быть таким черствым.
— Когда-то не было. Твои сородичи сделали его таким.
— Это твоя правда, — сказал он. — А как насчет моей? Джийан пожала плечами.
— А что насчет нее? Ты — в'орнн. Какое мне дело?
— Тебе было дело до правды Элевсина Ашеры.
— Не произноси при мне это имя, — прошипела она. Реккк поднял руки.
— Я не хотел выказать неуважение. В сущности, как раз наоборот.
— Если ты был другом Элевсина, докажи это. Что он любил больше всего?
— Кроме тебя? Он любил Дьенн Марр. Он много раз говорил мне, что мечтает бродить по покрытым снегами хребтам, узнать все хранимые ими тайны.
— Таков был Элевсин. — Джийан откинулась на стуле, разглядывая собеседника. Тихие шумы кафе окутывали их, защищая от внешнего мира. — Так в чем же заключается правда? — тихо сказала она. — Истинная правда?
— Правда заключается в том, что Киннний Морка никогда не доверял мне.
— Ты действительно ожидаешь, что я поверю в это?
— Я — сын рэнннона. И был под подозрением с самого Каналообразования. Мне приходилось на каждом шагу доказывать, чего я стою.