— С Мацу? — Туолин неловко пожал плечами. — Я должен был сообразить… еще в тот вечер, когда впервые привел Ронина в Тенчо. Мацу подала ему халат с необычным рисунком, а потом он выбрал Кири. Какой идиот, подумал я тогда. Но она приняла его…
— Почему?
— Я не знаю, но думаю, что Мацу подала ей знак. Их что-то связывало, всех троих, что-то странное, непонятное…
— Но ты сказал, что Мацу убили.
— И теперь мы уже ничего не узнаем. Она никогда не расскажет. — Он имел в виду Кири. — Возможно, они были сестрами.
— Какое это имеет значение?
Где-то залаяла собака. Звон кузнечного молота раскатился в густой ночной тьме гулким эхом.
— Душно… Погода какая-то неестественная.
— Ты говорил о Кири, — напомнил Эрант.
— Почему она так тебя интересует? — Туолин повернулся к брату.
Почему-то только теперь риккагин Эрант обратил внимание на его впалые щеки, на мешки под глазами. Он отметил, что правое плечо у Туолина чуть приподнято. Наверное, раны его заживают не так хорошо, как хотелось бы.
— Меня она мало интересует, но я волнуюсь за тебя и хотел бы узнать о причинах твоей меланхолии. Если ты хочешь Кири, тебе достаточно лишь попросить. Когда-то она была недоступна. Теперь она дает тебе…
— Свое тело. Но это не Кири. Осталась одна оболочка…
— Она дает тебе то, что может, — упрямо проговорил Эрант.
— Но мне этого мало, — вздохнул Туолин. — Зачем мне лишь призрак полузабытого прошлого?
Риккагин Эрант уловил в голосе брата горький оттенок и мысленно пожалел его.
— У меня нет ничего, — прошептал Туолин. — Ничего.
— Но она жива, — возразил с жаром Эрант, схватив брата за руки. — Она дышит, в ней бьется сердце, она мыслит. Все еще можно поправить. Найди способ…
Но Туолин покачал головой:
— Уже ничего не поправишь, что-то в ней умерло.
— Ты глупец, раз не видишь того, что лежит у тебя перед глазами!
Послышался звон колокола. Приглушенный топот сапог. Смена караула.
Риккагин Эрант провел рукой по волосам и сказал уже мягче:
— Туолин, я бы хотел, чтобы ты с ней поговорил…
— О чем?
— О Ронине. Ты сам мне сказал, они были близки. В последний раз его видели выходившим с восточной опушки леса, и с тех пор о нем никто ничего не слышал. Уже столько месяцев… Возможно, убив Оленя, он отправился за подкреплением. Может быть, она знает…
Туолин оттолкнул брата.
— Почему бы тебе самому не спросить у нее?
Его гневный голос уплыл в туманную ночь.
Она нежно поцеловала его, и он прикрыл веки, чтобы не видеть своего отражения в ее глазах. У нее были мягкие сочные губы. Он провел руками по ее гибкому телу.