— Сталиг, я...
Целитель махнул рукой:
— Осторожнее там. Не свали мне таблички.
— Войдите.
Однако никто не вошел. Вкрадчивый стук повторился. Ронин отставил бокал с вином, встал и открыл дверь. На пороге стоял, понурившись, Г'фанд. У него на груди под рубашкой Ронин заметил повязку.
— Я... — Ученый откашлялся. — Я не помешал?
— Нисколько. Я как раз думал о...
— Если я не вовремя, я могу...
Ронин коснулся его руки:
— Проходи.
Но Г'фанд как будто врос в землю, и Ронину пришлось буквально втащить его в комнату.
— Садись.
Ронин взял со столика кинжал и протянул его Г'фанду.
— Я как раз собирался вернуть тебе эту штуку.
Г'фанд отпрянул:
— Я даже видеть его не хочу! — воскликнул он в непритворном ужасе.
Ронин положил кинжал на пол.
— Может так получиться, что когда-нибудь он спасет тебе жизнь.
Г'фанд разрыдался, закрыв руками лицо. Ронин налил ему вина и поставил бокал рядом с кинжалом. Г'фанд наконец успокоился и отнял руки от лица.
— Мне так стыдно, — выдавил он.
Ронин уселся напротив.
— Мне тоже.
Г'фанд поднял голову. Глаза его вновь заблестели.
— Тебе?! Но тебе-то чего стыдиться?
— Я меченосец. И, как ты верно заметил на Сехне, я учился у Саламандры.
Щеки Г'фанда залились румянцем.
— Я у него многому научился, — продолжал Ронин. — Узнал много хитрых приемов, неизвестных другим меченосцам. Видишь ли, я едва тебя не убил... вот этими вот руками.
Г'фанд как завороженный уставился на руки Ронина.
— Но я думал, вы деретесь только на мечах и кинжалах.
— Искусство битвы, оно очень древнее. Существует немало различных техник.