Циклы романов "Воин Заката - Жемчужная сага". Компиляция. Книги 1-7: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Неужели это правда?

Сердце конары разрывалось от любви.

Существовало четыре различных способа избавиться от Сорннна СаТррэна, и все они казались сложными. Раан Таллус потратил немало времени, составляя планы, определяя их потенциал, отбрасывая непригодные, оттачивая те, что выглядели наиболее осуществимыми. Действовать следовало очень осторожно. Самая главная проблема заключалась в том, что СаТррэн был прим-агентом. Другая — в том, что СаТррэну явно благоволил регент. Они проводят вместе столько времени, даже побывали в коррушских степях. Одно дело — устранить баскира, который, как Хадиннн СаТррэн, вел уединенный образ жизни, и совсем другое — того, кто находится в центре всеобщего внимания.

Именно поэтому прокурор так тщательно готовил покушение на СаТррэна-младшего и уединился на вилле, чтобы перепроверить избранный план. Раан Таллус был не из тех баскиров, что полагаются на волю случая, он старался предусмотреть любую мелочь, прежде чем приступить к делу. Именно так он подготовил устранение Хадиннна СаТррэна. Главный прокурор потер покрасневшие глаза и отодвинул голографическую панель. Он начал работать рано утром, поэтому пора сделать перерыв. А что может быть лучше прогулки на чтавре?

Подходя к загону, Раан Таллус увидел, что Нем беспокойно переступает с ноги на ногу. Заслонив глаза от света, он стал оглядываться по сторонам, пытаясь определить, из-за чего разволновался чтавр. Не заметив ничего подозрительного, прокурор принялся размышлять о том, что своим нынешним положением обязан своей изобретательности. Как жаль, что он родился Таллусом, а, например, не Ашерой! Его отец был мелким баскиром, которому нравилось служить чиновником при дворе регента, подобострастно улыбаться и выполнять поручения других. Как у него мог родиться такой тщеславный и целеустремленный сын, оставалось загадкой. Иногда Раану Таллусу казалось, что его отцом был кто-то другой, и он утешал себя этой мыслью.

С самого раннего детства Раан Таллус мечтал стать Ашерой. Мечте не суждено было сбыться, и он направил все свои силы, чтобы пробраться в самое сердце империи. Элевсин Ашера стал регентом, и Раан Таллус понял, что пробил его час. Он изучил характер Элевсина до малейших деталей и при любой возможности демонстрировал, насколько они близки. Ашера проглотил наживку с готовностью. Он видел то, что хотел Раан Таллус, — они очень похожи, будто настроены на одну и ту же волну. Именно поэтому Элевсин зачастую пренебрегал мудрыми советами Джийан. Все дело было в том, что Элевсин, как и все Ашеры, был очень одинок. Основной причиной одиночества оказалось быстрое возвышение и богатство Ашеров. Вслух патриархи Консорциумов клялись в верности Элевсину, а на самом деле сгорали от зависти.

Ашера считал Раана Таллуса настоящим другом. А почему бы и нет? Ведь тот старательно скрывал от него истинное лицо. Алчное и жадное лицо предателя, каким его и считала Джийан.

Раан Таллус добился своей цели и, можно сказать, стал настоящим Ашерой. Пока в Консорциуме не появится новый наследник, империя принадлежит ему. Он стремился укреплять свою власть каждый день, не гнушаясь ничем. Он посвятил Ашерам всю жизнь. Неужели он старался зря?

Весьма довольный собой Раан подошел к загону и раскрыл ворота. Да, не зря он купил эту виллу на деньги Ашеров. Он приезжал сюда раз в неделю, чтобы успокоиться и обдумать новую тактику. Ведь управлять баскирской империей все равно, что вести войну. Нужно всюду приходить первым и уходить последним, занимать выгодную позицию, знать и использовать сильные и слабые стороны противников — подобные умения пригодятся любому кхагггунскому генералу.

Раан Таллус вывел Нема из загона и запер ворота. Схватившись за гриву, он вскочил в седло и погнал чтавра во весь опор. Цокот копыт и ритмичное покачивание действовали успокаивающе, и главный прокурор вернулся на виллу, когда начали сгущаться сумерки. К тому времени он устал и проголодался. И все равно сначала нужно поплавать, чтобы размять затекшие мышцы и разогнать кровь. Воздух казался неподвижным, а море напоминало бесконечное полотно сине-зеленого шелка. Над скалами кружили чайки, вдали мелькнул черный парус саракконского корабля.

Раан Таллус вычистил Нема, покормил его и других чтавров, разговаривая с ними, как с детьми. Он любил чтавров гораздо больше, чем в'орннов, — они никогда не предавали и не подводили его.

Теперь в воду! Таллус нарочно оттягивал удовольствие, чтобы насладиться каждой минутой пребывания в прохладной шелковистой воде. Он шел по террасе, наблюдая за последними лучами догорающего солнца, — сначала медленно, а потом быстрее, на ходу стягивая с себя одежду. Раздевшись догола, прокурор нырнул в воду. Личный бассейн ждал его, до краев наполненный водой. Окунувшись, Раан Таллус почувствовал, как вода очпщает тело и душу, бодрит, разгоняя вяло текущие мысли. Он нырнул, стараясь рукой достать дна. Теперь пора на сушу, к горячему ужину, пылающему камину и прохладе весеннего вечера.

На поверхности воды порхали тени, образуя причудливые узоры. Легкое главного прокурора горело огнем, еще немного — и он полной грудью вдохнет свежий прохладный воздух.

Раан Таллус метнулся к поверхности воды, когда неожиданно что-то ударило его по голове. Потеряв координацию, он стал бестолково крутиться на месте. Таллусу казалось, что сейчас он всплывет, и тут снова получил по голове. Распластав руки и ноги, главный прокурор медленно шел ко дну. Голова болела, мысли разлетались, как стайка испуганных птиц. Вот он открыл рот, глотнул воды и тут же начал задыхаться.

Сквозь пелену главный прокурор заметил, что в бассейне есть кто-то еще. Он инстинктивно потянутся к расплывчатой фигуре и снова получил по затылку. Таллус заморгал, пытаясь рассмотреть нападавшего. Неужели Сорннн СаТррэн? Нет, конечно, нет! У него галлюцинации!

Легкое сильно болело, нужно было сделать вдох, однако ничего не получалось. Надо попробовать всплыть на поверхность. Раан Таллус сильно заработал ногами и почему-то не двигался.

Он бестолково замолотил руками и коснулся чужого тела. Только тут до него дошло, что Сорннн СаТррэн не только пробрался в бассейн, а еще и держит его под водой.

«Я должен дышать!»

Раан Таллус сжал губы, чтобы снова не глотнуть воды. Он попытался схватить СаТррэна за горло, расцарапать его в кровь. Однако перед глазами поплыли темные пятна, тело стало неметь. Откуда в его бассейне течение? Куда его уносит? Раану Таллусу вспомнились хитроумные планы, бессонные ночи, которые он провел, обдумывая мельчайшие детали, мертвенно-бледное лицо Хадиннна СаТррэна. Он проникся невольным уважением к этой семье, которую не удалось истребить даже ему. Как глупо все получилось! К чему его планы, раз он не предусмотрел такой исход событий? Свет померк. Сколько времени он провел под водой? Раан Таллус в последний раз бросился на нападающего.

Глубокий вдох.

32

Венец творения

Гуль Алуф в черной дорожной мантии стояла на чердаке полуразвалившегося кашиггена «Стрекоза». На руках она держала полуживого Кургана Стогггула. Когда он не явился на Призывание, она выследила его по сигналу окумммона.

Она нашла регента привязанным за ноги к одной из потолочных балок. На полу образовалась лужица бирюзовой крови, которая, запекаясь, становилась цвета индиго. Производительница бесстрастно оглядывала синяки, ушибы, рваные раны. Похоже, Кургану сломали по крайней мере три ребра. Гуль Алуф не интересовало, кто это сделал; главное, чтобы Курган выжил. Что же, судя по всему, его судьба в ее руках.

Производительница выбила грязное окно и вынесла Кургана на крышу, где стоял ее звездолет. Осторожно опустив правителя Кундалы на пассажирское сиденье, она взяла курс на Храм Мнемоники, а, попав на территорию Храма, понесла прямо в лабораторию, в этот настоящий венец творения.

Раздевая регента и погружая в хирургическую сеть, Гуль Алуф думала, что все сложилось очень удачно. Курган без сознания, а значит, не придется терять время на уговоры и убеждения. Тайком наблюдая за регентом, Производительница получила некоторое представление о его характере и понимала, что он будет сопротивляться до последнего. Она подвела корковые провода на водной основе к его вискам и основанию шеи. Нит Батокссс имел на Кургана колоссальное влияние, а в результате молодой регент совершенно не боится гэргонов. Опасная черта для любого в'орнна, а для правителя — особенно. Элевсин Ашера тоже по-своему нарушал законы техномагов, изучая Кундалу. Он взял в любовницы рамахану, влюбившись в нее и в эту примитивную планету. Именно поэтому Товарищество позволило Ниту Батоксссу сместить Ашеров. Что же такого в этом мире? Почему он притягивает в'орннов и даже гэргонов? Гуль Алуф подводила провода к грудине, пояснице, паху. Одной из причин, по которой ей хотелось приблизить к себе Нита Сахора, было желание разгадать эту загадку. Однако интуиция подсказывала, что бывший гэргон ничего ей не расскажет.

С огромным трудом Производительница заставила себя связаться с Нитом Имммоном по нейронной сети Товарищества и сообщить о происходящем. В целом реакция была положительной, он почти не спорил, а потом по просьбе Гуль Алуф пошел искать Нита Эйнона.

Затем она вернулась к Кургану. Убедившись, что подключение закончилось успешно, она закрыла глаза и на внутреннем мониторе увидела проекцию мозга Кургана. Гуль Алуф внимательно рассмотрела ту часть, о которой говорил Нит Сахор. Ативар, или первичный мозг в'орннов. У гэргонов он меньше, чем у представителей других каст. Естественно, не у всех гэргонов. У Нита Батокссса, у нее самой и, конечно, у Нита Сахора ативар был генетически усилен. Интереснее всего то, что у каждого усиленный ативар проявлялся по-разному.

Нита Батокссса она сама решила наградить мощным ативаром. А что касается Нита Сахора, то Гуль Алуф казалось, что одна из причин их взаимной симпатии кроется в строении этой части мозга. Откуда усиленный ативар у нее самой, она не знала, хотя и подозревала, что это просто генетическая мутация. Чем плотнее ативар, тем ты сильнее, умнее и меньше похож на остальных. Размер тут ни при чем, ведь у гэргонов, высшей касты, ативар меньше, чем у других в'орннов. Однако искусственно воздействовать на эту часть мозга опасно, и лучшее тому доказательство — провал эксперимента над Терретттом Стогггулом.

Наполнив хирургическую сеть околоплодной жидкостью, Гуль Алуф стала смотреть, как тело Кургана медленно в нее погружается. Затем началась работа с черепом. Ее ногти превратились в фотонные скальпели, и она стала аккуратно, слой за слоем, срезать кожу и ткани, обнажая кость. Тем временем тело регента скрылось в околоплодной жидкости, и Производительница стала готовить нейронную сеть к имплантации. Естественно, начинать операцию следовало с ативара. Гуль Алуф работала быстро, сказывался значительный опыт. Она считалась очень одаренной, ведь имплантация — процесс творческий. Часто приходится полагаться на интуицию, именно поэтому Производительницами могли быть только Гули. Кроме Нита Сахора и, возможно, его отца, она не знала ни одного гэргона, который обладал бы интуицией.

Как жаль, что нельзя договориться с Нитом Сахором! Чего же он хочет? Гуль Алуф не понимала этого. Он думал не так, как в'орнн, и уж точно не как гэргон. Очень часто Сахор вел себя как настоящий кундалианин. Это опасно, принимая во внимание усиленный ативар. Насколько Гуль Алуф знала, его ативар — следствие мутации, так же, как и ее собственный. Вне всякого сомнения, Сахор понимал кундалиан гораздо лучше, чем в'орннов. Неужели между ними какая-то мистическая связь? Можно ли извлечь из этого пользу? Или он просто сумасшедший, как Терреттт Стогггул? Сможет ли она убедить в этом кого-нибудь еще? До встречи в музее ей казалось, будто она способна полностью контролировать Нита Сахора. А вот в тот день Гуль Алуф почувствовала, что у него достаточно сил если не одолеть ее, то по крайней мере оказать сопротивление. Это не удавалось даже Ниту Эйнону. Гуль Алуф давно хотелось подчинить его себе или превратить в союзника. В результате пришлось вернуть отцу Сахора нормальный облик.