– Ты же виделась с этой старухой? Что она тебе рассказала?
Ольга продолжала молчать.
– Отвечай! – главный жрец ударил посохом о мраморный пол.
Ольга вздрогнула и тихо сказала:
– Слушайте, как Вас там? Давайте сразу к сути дела. Что от меня надо?
«Ящер» удивленно «посмотрел» на Ольгу прозрачными глазами и вдруг заговорил уставшим тихим голосом:
– Нам надо вернуться… Покажи нам дорогу… Покажи мост через ущелье…
Ольга удивленно подняла глаза на жреца. Во всем его облике, как ей показалось, совсем вдруг не осталось ничего величественного и устрашающего. Он весь как-то сжался, сгорбился и выглядел очень уставшим и измученным.
– Я не могу, – тихо и удивленно ответила Ольга.
– Надо, – так же тихо и равнодушно сказал жрец, – ты же знаешь, что живой отсюда не выйдешь, если нам не поможешь.
– Я правда не могу. Даже если бы захотела, – стала уже оправдываться Ольга.
– Слушай, упрямая овца, – зло и тихо прошептал «ящер», – я устал, очень устал от вас, тупых и жадных смертных. Нас осталось очень мало, тех, кто ушел из леса… Я хочу вернуться. Долгая жизнь среди вас, тупоголовых, разочаровала меня. За тысячи лет вы нисколько не изменились. Я ушел из своей земли, так как верил в людей, верил, что, обладая плотью и став похожим на людей, я реально смогу сделать вас лучше. Дам вам знания, умения. Самых лучших из вас научу, как управлять стадом баранов. Но вы всегда, всегда разочаровывали меня! Я хотел как лучше для вас же, мерзкие твари! – «ящер» закашлялся, Эстер положила руку ему на плечо, и тот неожиданно для Ольги ласково погладил «руку» Эстер.
– Я любил ее. И хотел быть с ней во всем. Она любила меня и пошла за мной… Но нам надо вернуться. Нам нечего делать здесь, среди людей… Ничего нового не появляется. История все время повторяется. Как только мы делаем из кого-то сильного лидера, который может изменить мир и сделать мир идеальнее, как этот выскочка начинает творить черт знает что, не слушая нас. И все заканчивается, как всегда, очень плачевно…
– Македонский, Наполеон, Гитлер, Сталин, Ленин – ваши подопечные? – спросила Ольга.
«Ящер» устало кивнул:
– Разбирайтесь сами. Мы создали мощную систему, дали тайные знания – дальше без нас. Отведи нас домой!
– Я правда не могу, – с жаром ответила Ольга и вся сжалась, ожидая приступа гнева жреца.
– Я видел, как ты шла по воздуху! Я видел, как эта старуха дважды переходила ущелье! Ты можешь нас отвести! – орал «ящер».
– Нет! Не могу! – закричала в ответ Ольга. – Не могу! У каждого свой мост! Я вижу только свой мост! Либуша не видела мой, я не видела ее!
– Как же вы шли рядом, если она не видела твоего моста? – удивилась Эстер.
Ольга передернулась от ее скрипучего голоса, вспомнив, каким певучим и завораживающим был он раньше.
– Она шла по моему мосту, хотя не видела его, только потому, что верила мне, – ответила Ольга, вглядываясь в пустые глаза Эстер.
– Как это верила? – удивилась Эстер.
– Вы сможете подойти к краю пропасти и сделать шаг в пустоту только на вере ко мне? Вы поверите мне настолько, что сделаете этот шаг? А если я вру и моста нет, если я просто хожу по воздуху, а если вам дороги назад нет и это просто уловка богини того леса, чтобы избавиться от ослушавшихся ее? Пойдемте! Пойдемте со мной! Я возьму вас за руки и поставлю на мост, который вижу только я. Или не вижу? А? Ну что же вы сидите? Пойдемте! Только мне в волшебный лес нельзя. Я могу его перейти в последний раз, когда увижу знак, что надо идти. Так ушла Либуша, а до этого ушла Любушка… Если я пойду просто так, без знака, то боюсь, что не дойду. Время еще не пришло… Но вы можете перейти! Конечно! Очень просто! Только поверьте мне! И сделайте шаг в пустоту! Только поверьте в меня! – кричала Ольга в мерзкое «лицо» сидевшему напротив нее «ящеру».
У Ольги началась самая настоящая истерика. Что еще она кричала мерзким тварям, она не понимала. Осознание, что эти жрецы не получат того, чего так жаждали многие века, и поэтому, скорее всего, растерзают Ольгу и ребят вместе с ней, сводило с ума девочку, но остановиться она не могла и продолжала кричать, сквозь слезы призывая их идти по невидимому мосту с верой в нее, маленькую, ничтожную для них девочку.
Вдруг все это время молчавший Гильш медленно встал с кресла, поднял прозрачные глаза к золотому истукану, и из его груди раздался жуткий, нечеловеческий крик. Ольга в ужасе упала на ледяной пол и зажала уши. А крик не прекращался, только становился все глубже и громче.
Тут «ящер» «посмотрел» пустыми глазами на Ольгу, вжавшуюся в пол, и крик прекратился.
– Ты убила надежду! Последнее, что заставляло меня двигаться, – надежда на возвращение домой!
Сдохни! Сдохни, человеческая тварь! – Жрец направил посох прямо на Ольгу, и из посоха, как из автомата, вылетела огненная молния, больно ударив Ольгу в грудь, прямо в то место, где рядом висели крестик и бутылочка с «радугой». Ольгу отбросило далеко назад, к проходу, закрытому тяжелыми тканями, и она постаралась спрятаться в складках парчи. Вдруг она опять услышала крик, на этот раз он исходил и от Эстер. Ольга осторожно выглянула из-за занавесок, нащупывая крестик на груди. Крестик святой Ольги, очень горячий, висел на веревочке, а бутылочки не было, она разбилась от посоха жреца. Только сейчас Ольга заметила, что от нее самой к жрецам медленно растекается в воздухе настоящая радуга, заполняя все большее пространство жертвенного зала и обволакивая тела жрецов. Те, растворяясь и постепенно исчезая в лучах божественной радуги, продолжали неистово кричать до тех пор, пока окончательно не пропали в разноцветном потоке. Ольга, широко открыв рот, не отрываясь, смотрела, как в один миг исчезли, растворились такие ужасные и могущественные на протяжении всей истории человечества существа…
А радуга тем временем заполняла все больше и больше места; ей стало тесно в темном зале, и она норовила как будто бы вырваться на свободу, разрушив каменный мешок. Стены башни затряслись. Сначала по одному, затем целыми рядами из «Вавилонской башни» стали вылетать мощные каменные блоки-кирпичи… Ольга вспомнила о друзьях. Они, скорее всего, в подземелье, там, и где эти несчастные дети, у которых украли души. Если башня разрушится, то погибнут все. Поддавшись внезапному порыву, она схватила посох жреца и бросилась вниз. Никогда раньше она так быстро не бежала, перепрыгивая через несколько ступеней. Ворвавшись в подземелье, она сразу увидела друзей.