Но Либуша не успела договорить. Ольга, с вопросом «почему», тут же посмотрела вниз. Никакого моста не было. Ее глаза расширились от ужаса, и она с криком стала падать вниз. Либуша, крепко державшая девочку за руки, закричала:
– Глаза! Закрой глаза!
Ольга продолжала кричать, размахивая в пустоте ногами, не в силах оторвать взгляда от бездонной пропасти.
– Закрой глаза! У меня нет сил, чтобы тебя держать! – крикнула Либуша.
Ольга посмотрела, наконец, на бабушку и увидела, что та твердо стоит в воздухе, и нет под ее ногами ни деревянного, ни хрустального моста. Она крепко зажмурилась и снова увидела хрустальный мост. С трудом забравшись на него, она села на корточки, обняла себя и разревелась.
– Почему? – размазывая слезы по лицу, не открывая глаз, спросила она Либушу.
– Что почему? – не поняла она.
– Почему так? С закрытыми глазами вижу и стою на нем. С открытыми глазами не вижу и падаю?
– Потому что ты продолжаешь верить только тому, что можешь видеть глазами, а не сердцем, – ответила Либуша.
– Как так? – удивилась Ольга.
– Смотри, нет, не открывай пока глаза. Слушай меня. Я не вижу твой хрустальный мост ни с открытыми глазами, ни с закрытыми…
– Почему?
– Не знаю, по-видимому, потому что он твой. Это твой путь… Но я верю тебе, верю, что ты проводник, и поэтому стою рядом с тобой. И не важно – открыты мои глаза при этом или нет. Важна только моя вера в тебя. А ты упала, потому что не веришь сама себе, веришь только тому, что видят твои глаза… А они могут ошибаться, потому что пропускают информацию через мозг, а мозг – штука коварная… Твой мозг уверен, что нельзя перейти ущелье, если глаза не видят, по чему идти твоему телу…
– Что же делать?
– Верить. Только верить… У меня для тебя кое-что есть, – Либуша повесила на шею Ольги веревочку с маленьким предметом на ней.
Ольга встала с корточек, одной рукой нащупала бабу Либушу, другой зажала в кулаке ее подарок.
– Это похоже на железный маленький крестик, – сказала девочка, продолжая держать глаза крепко зажмуренными.
– Да, это крестик. Он принадлежал когда-то святой княгине Ольге – той, которая первая приняла христианство на Руси. Она сама его сделала из кедра.
– Из кедра? А кажется, что он железный, – удивилась Ольга.
– Да, крестик стал таким же твердым, как и ее вера. Моя Любушка, перед тем как навсегда уйти по своему мосту в этот лес, отдала мне эту святую вещь и сказала, чтобы я передала его той, которой он очень нужен. Я спросила, как мне узнать этого человека. На что она ответила, что, когда придет время, мое сердце мне подскажет… – тихо говорила Либуша и, помолчав немного, добавила: – Ее вера поддержит тебя. Она – твой ангел-хранитель. Открой глаза и иди. Ребята ждут тебя.
Ольга долго молча стояла перед Либушей. Наконец, она высоко подняла голову, обеими руками зажала маленький крестик и открыла глаза. Потом посмотрела в глаза Либуше и сказала:
– Когда Эстер спрашивала, на кого кто хочет быть похожим, я почему-то сказала, что на святую Ольгу, и попросила у княжны покровительства… Эстер тогда страшно разозлилась. И теперь я понимаю почему… У них есть все: власть, могущество, бессмертие… Но нет веры… Я верю своему сердцу, я верю, что мой ангел меня направляет и бережет… Я верю, что мост есть подо мной… Я пойду… Хорошо? – Ольга поцеловала Либушу и уверенно с открытыми глазами пошла над бездной.
Несмотря на то, что ущелье не было широким, Ольге казалось, что идет она очень долго. Каждый шаг ее был абсолютно осознанным, полным смысла… Наконец, нога ступила на мягкую теплую землю волшебного леса. Ольга аж захлебнулась от восторга. Краски, звуки, ароматы леса были словно с большей любовью сделаны Создателем, чем весь остальной мир. Даже ветер касался кожи и волос Ольги с особой нежностью. Никакой дорожки и тропинки не было. Ольга осторожно ступала на траву, боясь ненароком раздавить какую-нибудь букашку или примять травинку. Но удивительное дело, впереди ниоткуда стала появляться узенькая тропинка, которая сразу же пропадала позади Ольги. Долго Ольга шла по лесу, наслаждаясь всем, на чем задерживался ее взгляд: райским пением птиц, прикосновением ветра, который словно играл с ее волосами.
Тропинка вывела ее на большую, светлую поляну, по которой бежал ручеек. Ольга зачерпнула ладонями воду. Температура воды была именно такая, которая была бы приятна Ольге. А вкус! Ольга даже не поверила, что вода может быть такой вкусной. Она еще раз зачерпнула в ладони воды и стала жадно пить. Потом упала на траву, раскинула в стороны руки и почувствовала себя совершенно, безгранично счастливой. Так она лежала долго, слушая шелест листьев, пение птиц, различая в этом всем разнообразии звуки божественной музыки. Рядом на неведомый цветок села бабочка с человеческими чертами лица.
– Привет, – улыбнулась Ольга, – а мы уже виделись. Спасибо, что сопровождали меня в полете.
Бабочка, взмахнув крыльями, улетела прочь.
Сколько Ольга лежала без движения, она не заметила. Мысли облаками лениво плыли мимо, только ощущение абсолютного счастья все больше наполняло Ольгу.
«Я сейчас смогу полететь, – лениво думала она, – да, если захочу, то полечу. Я просто уверена в этом».
Она закрыла глаза и почувствовала, что немного поднялась над землей.
«Надо развернуться в воздухе, открыть глаза и подняться повыше», – спокойно думала Ольга.