Боюсь, она не в моем вкусе, объявил Омега. Хотя я могу применить к тебе еще одну пытку, мой дорогой друг. Тем не менее, она будет хорошим дополнением в семье, когда мы здесь закончим.
Омега отбросил Джо в сторону, словно она была тряпичной куклой, направляя ее в торец дома; ее тело разбило оконную раму, а стеклянные осколки осыпались дождем, когда она рухнула на тротуар.
— Ты, гребаный ублюдок!
Бутч вскочил и рванул вперед, застигнув Омегу врасплох. Высоко подняв свой черный кинжал, он вонзал его всюду, куда мог, нанося удар снова и снова…
Омега взревел от ярости. Схватив Буча за горло, он отбросил источник угрозы, Бутч отлетел в сторону, и кинжал вылетел из его ладони.
И больше не было ни позерства, ни разговоров, ни обходных путей.
В Бутча устремился нескончаемый поток энергии, проникая в его молекулы, образуя облако агонии, которое через несколько секунд разорвало бы его на части.
Когда он закричал, и в глазах побелело, Бутч перестал дышать.
Как раз перед тем, как потерять сознание, он вспомнил, что сказал ему Ви перед тем, как покинуть Яму. Крест. Его спасет крест.
Из последних сил он сунул руку под майку и достал золотой крест. Удерживая символ своей веры, Бутч сосредоточил взгляд на Омеге, как будто мог силой мысли вернуть Зло в Дхунд.
С трудом шевеля губами, он начал молиться.
— Радуйся, Мария, благодати полная…
Смех Омеги раздался в мозгу Бутча. И ты думаешь, это поможет?
И боль только усилилась.
Глава 62
В момент своей смерти Бутч, конечно же, думал о Мариссе. О Вишесе. А также о тех, кто остался дома. Они будут скорбеть всю оставшуюся жизнь, и он ненавидел это.
А еще был Роф. Он никогда с этим не справится. С тем, что почти все Братство потеряно, и большая часть бойцов тоже погибла? Слава Богу, у него были Бэт и Роф-младший, чтобы удержать его на плаву. Он провел столько столетий в ярости и изоляции после того, как его родители были убиты Обществом Лессенинг.
Он должен продолжить правление. Он должен все восстановить.
Раса вампиров будет жить и после этой бойни.
Когда удушье усилилось, Бутч почувствовал, как ритм его сердца замедляется. Медленнее… Медленнее…
— Марисса, — произнес он с трудом.
Его последняя мысль была об их прощальном поцелуе. Это последнее воспоминание будет с ним до тех пор, пока они не встретятся в Забвении. Если, конечно, Забвение будет существовать, учитывая, что Омега одержал верх. Какие трофеи принесет Злу эта победа?
Бутч сделал последний вздох, представляя аристократку, которая спасла его от серого существования в алкоголизме, освободившую его своей любовью и…
Послышался пронзительный скрип — что-то среднее между реактивным самолетом, тормозящим на взлетной полосе, огромным шаром, который проткнули булавкой, и семью тысячами клаксонов, гудящих одновременно.
И тогда Бутч смог немного вздохнуть. И еще.
И наконец, полной грудью.
Вслед за воздухом в легких вернулось и его зрение… не то чтобы это сильно помогло. Потому что он понятия не имел, какого черта он видит своими глазами.
Омега все еще источал всю свою мощь, но возникло некое преломление. Блок. Что-то… Что-то встало между источником Зла и Бутчем, принимало…
Этого не может быть.
Это не могла быть она.