– О господи, – всхлипнула Шеннон. – О господи, я так и знала. Я так и знала!..
– Просто сохраняйте спокойствие, – сказал женщинам Билл. – Я еду в «Хранилище». Будем надеяться, «ночные управляющие» последуют за мной. Полагаю, именно для этого они здесь.
– Что будет дальше?
Билл шумно втянул воздух.
– Думаю, Ньюмен Кинг хочет со мной встретиться.
Всхлипывания Шеннон стали громче. Пробежав через гостиную, она бросилась отцу на шею.
– Не уходи! – с мольбой в голосе произнесла она. – Это ловушка. Западня.
– Может быть, лучше дождаться утра? – предложила Джинни.
– И тогда, возможно, Кинг сам придет сюда.
– По крайней мере, ты будешь на своей территории.
– Моя территория – это «Хранилище». Это мое «Хранилище». К тому же я не хочу, чтобы Кинг приходил ко мне домой.
– Быть может, нам лучше отправиться с тобой? Чем больше народу, тем безопаснее. И мы женщины. Возможно, Кинг не…
– Ему нет никакого дела до того, кто вы такие. – Обняв дочь, Билл поцеловал ее в лоб, затем повернулся к Джинни, привлекая ее к себе. Он поцеловал ее в лоб, в щеки, в губы. – Я вернусь, как только смогу.
– А что, если ты не вернешься? – всхлипнула Шеннон.
– Я обязательно вернусь.
Когда Билл подъехал к «Хранилищу», на стоянке было пусто, но внутри горел свет, и за входной дверью были видны «ночные управляющие», которые расхаживали по проходам.
Ощутив леденящий холод страха, Билл заставил себя выйти из машины и своим ключом отпер дверь, заходя внутрь.
«Ночные управляющие» быстро ходили по всему зданию, двигались взад и вперед по проходам, между стеллажами. Считалось, что они проверяют все то, что произошло за день, проводят инвентаризацию и записывают все операции, но они не останавливались ни на мгновение, и не было заметно, чтобы они хотя бы просто смотрели на разложенный на полках товар. Они просто непрерывно двигались.
В «Хранилище» царила полная тишина, нарушаемая только звуком их шагов, и отсутствие музыки, отсутствие шума кондиционеров, отсутствие всех остальных звуков почему-то казалось особенно устрашающим. Билл медленно направился вперед по главному проходу.
Весь свет резко погас. Билл услышал позади металлический лязг. Внезапно потянуло сквозняком, и Билл стремительно обернулся.
В дверях стоял Ньюмен Кинг, освещенный сзади фарами своего лимузина.
– Добрый вечер, Билл, – сказал Кинг. – Рад снова вас видеть.
В его голосе не было ни радости, ни дружелюбия, а только жесткая, зловещая монотонность, лишенная чего бы то ни было человеческого. Кинг просто стоял в дверях, один, совершенно неподвижный, черная фигура, внушающая ужас, не более чем силуэт. Странная неестественность его тела, такая очевидная вблизи, также отчетливо чувствовалась в линиях его фигуры, и Билла тотчас же захлестнул безотчетный страх. Но он не двинулся с места, спокойно глядя на Кинга.
– Добрый вечер, – ровным голосом произнес он.
Свет снова вспыхнул, и председатель правления направился по проходу к Биллу.
Сценические трюки. Кинг использовал театральное освещение, чтобы привлечь к себе внимание.
Почему-то эта мелочная практичность несколько успокоила Билла.
– И что вы тут делаете? – спросил Кинг.
– Стою здесь.
– Я хочу сказать, что вы делаете с «Хранилищем»?