– Я выгнал Шеннон с работы, – сказал Кинг, словно прочитав его мысли. – Я решил, вас это обрадует.
– А как насчет Сэм?
– Я перевел ее в центральное управление корпорации. Такими ценными специалистами разбрасываться нельзя.
Лимузин остановился перед входом, и Билл, распахнув дверь, выбрался из машины.
Кинг вылез через противоположную дверь, ту, которая выходила к «Хранилищу», и сотрудники с громкими приветственными криками окружили его, прося у него автограф, пытаясь прикоснуться к нему. Он улыбался, великодушно, снисходительно. Знаком пригласив Билла присоединиться к нему, Кинг вошел в здание.
Билла возбудило то, что раболепное поклонение распространилось и на него. Ему доставляли наслаждение теплые приветствия, восторженные крики, рабское низкопоклонство своих новых подчиненных. Было приятно быть объектом внимания, восхищения, и он улыбался и махал рукой, отвечая сотрудникам. Где-то в подсознании у него оставалась мысль, что это те самые люди, которые с таким презрением относились к нему и его жене, которые превратили их жизнь в ад, и то обстоятельство, что теперь он был их господином и повелителем, приносило ему бесконечное удовлетворение.
Торжества закончились в то мгновение, когда Кинг и Билл вошли в «Хранилище». Словно по команде, сотрудники сложили флажки, шарики и конфетти в бак с крышкой у входа и поспешили на свои рабочие места. Перемена получилась внезапной, полной. Возможно, сотрудники просто старались продемонстрировать свою эффективность. Возможно, они действительно были рады видеть свое начальство, а теперь стремились показать, какие они хорошие работники, однако Биллу помимо воли захотелось узнать, в какой степени все это было искренним, а в какой – срежессировано мистером Лэмом.
Мистер Лэм.
Менеджер по кадрам нервно переминался с ноги на ногу поодаль, в окружении Уокера и Кейеса. Все трое ждали, когда Ньюмен Кинг обратит на них внимание.
Тот даже не посмотрел в их сторону. Обхватив Билла за плечо, он прошел в торговый зал.
У его руки были сильные мышцы – Билл их чувствовал; а под мышцами, в необычных местах, там, где их не должно было быть, были кости. Слишком много костей.
Биллу было приятно идти рядом с Кингом, с триумфом возвращаться на место своего поражения, и он поймал себя на том, что гордится этой близостью к председателю правления.
– Вам будет предоставлена полная автономия, – сказал Кинг. – Можете нанимать на работу и увольнять кого хотите. – Остановившись, он улыбнулся. – Можете удалять кого вам угодно.
Они двинулись дальше, ускорив шаг. Подпевалы из самолета, приехавшие в Джунипер на нескольких машинах, спешили следом за Биллом. Лэм, Уокер и Кейес подавленно семенили следом.
Кинг остановился перед дверью в стене.
– Это кабинет управляющего, – сказал он. – Ваш кабинет. – Глянув поверх плеча Билла, Кинг нахмурился. – А вы трое что тут делаете? Разве я говорил вам мотаться следом за нами?
Обернувшись, Билл увидел, как мистер Лэм испуганно трясет головой.
– Нет, сэр. Я просто подумал…
– А ты не думай. Ты в этом не силен. – Он указал на столик отдела кадров в противоположном конце «Хранилища». – Возвращайтесь на свои рабочие места. Живо!
Все трое почтительно поклонились.
– Так точно, сэр! – хором воскликнули они. – Будет исполнено, сэр!
– Убирайтесь, мать вашу! – рявкнул Кинг.
Все трое бросились врассыпную.
– Мне это понравилось, – рассмеявшись, признался Билл.
– И вы тоже сможете делать так. Время от времени.
Билл решил, что обязательно будет делать так. И получать от этого наслаждение.
Особенно когда это будет касаться мистера Лэма.
Повернувшись к двери, Кинг открыл ее, и они, поднявшись по лестнице, оказались в кабинете управляющего. Там были огромный письменный стол, холодильник, компьютер и вмонтированный в стену видеомонитор. Вся южная стена была из однонаправленного зеркального стекла, выходившего на раскинувшийся внизу торговый зал.
Из кондиционера дул прохладный воздух, и обстановка в помещении была еще более комфортная, чем в остальном здании.
– Нравится? – спросил Кинг.