В следующий момент из открытой двери справа выскочил скелет и заплясал прямо перед Рамоном.
Тот завизжал от ужаса и отпрыгнул назад, чуть было не шлепнувшись задом на пол.
На самом деле скелет и не думал плясать. Он был закреплен на тележке с колесами, которая пересекла коридор поперек, врезалась в стену и остановилась.
"Рамон".
Уборщик в ярости пнул скелет ногой, оторвал ему одну руку и отшвырнул ее в сторону. Стало немного легче на душе.
Но тут краем глаза он заметил справа, в темном проеме двери, откуда выехал скелет, какое-то движение. Вроде бы не человек. Зверь. Или все-таки человек — но на корточках... Разбираться было некогда. Рамон бегом кинулся к лифту.
За своей спиной он услышал странную смесь жутких звуков: щелчки, чмоканье, чпоканье, шлепки как по мокрому.
Черт с ним, с лифтом. Пока еще он доползет до шестого этажа! Стоять и ждать... нет уж!
Рамон кинулся к лестнице.
И в это мгновение везде потух свет.
Рамон с разгона врезался в стену.
— Mierda! — завопил он, хватаясь за разбитый нос. Все его лицо было в крови — он ощущал вязкую влагу в темноте. Откуда же взялась стена? Ведь он бежал прямо, когда потух свет, и перед ним не было никакой стены...
Лампы в коридоре снова вспыхнули — то ли сами по себе, то ли кто-то где-то щелкнул выключателем.
Боже, только бы свет больше не гас!
Рамон бросил быстрый взгляд на коридор, из которого он прибежал ко входу на лестницу. Внутри него все похолодело.
По коридору двигалось полчище жути. Такое не могло присниться и в самом кошмарном сне.
Он был так потрясен, что прирос к месту и выпученными глазами рассматривал двигавшуюся на него армию.
Возглавляли шествие разрозненные части скелетов — кости рук прыгали сами по себе, держа фалангами пальцев черепа, берцовые кости двигались сами или увенчанные "шапкой" из таза. Вслед за кусками скелетов шли еще более страшные "существа": части расчлененных лягушек, саламандры с разрезанными животами и без внутренностей, мелкие обезьянки, на плечах которых сидели крысиные головы... Всех Рамон толком не разглядел. Но почему-то особенно его поразил детеныш акулы, который скакал на медвежьих лапах.
Рамон едва стоял на ногах. Дыхание сперло, глаза выкатились, все тело покрылось холодным потом. Что значат все эти... вещи? Это что, какой-то неудачный генетический эксперимент, жертвы которого разбежались по всему зданию?
За своей спиной он услышал громкий хлопок.
Рамон развернулся с невиданной прытью.
Дверь на лестничную площадку захлопнулась. Пока Рамон таращился на нее, дверь деловито щелкнула замком — заперла саму себя. Щелк. Щелк. Щелк. Щелк.
По всей длине коридора двери самостоятельно захлопывались и запирались — щелк, щелк, щелк...
Так значит, это здание, сам дом породил монстров из тех материалов, которые студенты и преподаватели оставили в аудиториях! И баловства ради смешал акулу с медведем, обезьянок — с крысами...
Словно в подтверждение догадки Рамона из все еще открытой двери лаборатории выскочило очередное чудище.
Это был голый очень низкорослый мужчина с компьютерным дисплеем вместо головы. Дисплей торчал на шее, сделанной из шланга пылесоса. Дальше шло вроде бы нормальное человеческое тело. Экран был включен и показывал что-то наподобие карикатуры на человеческое лицо — квадратные глаза, каплевидный нос, прямоугольный оскаленный рот с частоколом зубов. Пониже спины — вместо хвоста — у человека-компьютера торчал электрический кабель, уходящий внутрь лаборатории.
Рот монстра открылся, губы зашевелились. Он что-то произносил, спеша в сторону Рамона.
Ошалевший уборщик услышал уже знакомый шепот, теперь более громкий:
"Ралюн".
В коридоре вспыхнули все лампы. В ярком свете Рамон увидел в изящной женской ручке монстра скальпель.