– Много… – протянул тот, через некоторое время.
– Ну а если серьезно? Я же твой родной племянник, а даже не знаю когда у тебя день рождения. – решаю надавить на родственные чувства, хотя сомневаюсь, что для него это аргумент.
– Двести сорок четыре. – спустя примерно минуту, совершенно серьезным тоном отвечает он.
Ээээ… я как бы не знаю, как реагировать на такое заявление. Только вытаращив глаза.
– Что не веришь? – усмехнувшись интересуется он.
– Да ну, столько не живут. – поморщившись, понимаю, что меня разводят.
– Живут… – тяжело вздохнув, протягивает дядя, вставая с пола и поворачиваясь к панели управления. – Сейчас мы с тобой посетим одно интересное место, думаю, пора уже тебе об этом узнать.
Он набирает какую-то комбинацию и лифт, резко остановившись, меняет направление движение, унося нас куда-то вбок, судя по всему по перпендикулярному ответвлению.
Глава 8
В этот раз лифт затормозил так плавно, что я понял, что мы на месте, только когда с тихим шорохом раскрылась дверь, открывая нам путь наружу из этой коробочки.
Я поднимаюсь на ноги, и жду, пока Ник выйдет. Вот только дядя почему-то не шибко спешит. Стоит на пороге и смотрит, переминаясь с ноги на ногу, будто увидел приведение.
– Долго будем стоять? – я не выдерживаю, решаю поторопить.
– А? Чего? А… Да сейчас, идем. – дядя тряхнул головой, будто гоня из нее мысли и как-то неуверенно делает шаг вперед.
И чего он так долго тупил? Выйдя из лифт оказываюсь в коротком коридоре. Искусственного освещения нет, но откуда-то из противоположного конца падает серый дневной свет из небольшого окна под самым потолком. Это чего – мы снова на поверхности, получается? В лучах вьется поднятая нашими ногами пыль, с потолка свисают лохмотья старой краски, стены, на первый взгляд бетонные, хотя может это из-за слоя пыли на полу.
Немного жутковато, на мой взгляд, но ничего необычного. Так, а где дядя? Не понял… Оглядываюсь по сторонам, но Ника нигде не обнаруживаю. Это как? Он же вышел буквально на минуту раньше, да и спрятаться тут негде. Даже в полумраке коридор просматривается из конца в конец хорошо.
Пожав плечами, медленно переставляю ноги, шагая вперед, на всякий случай, взяв винтовку наизготовку. Нет, не подумайте, я не испугался. Но на поверхности, буквально полчаса назад я уже получил урок. Фиг его знает, что здесь может оказаться.
Пронзительный скрип под ногой, заставил меня резко переступить, и… Попасть ногой в какую-то ямку на полу. Дернувшись в попытке сохранить равновесие, случайно нажимаю на спусковой крючок винтовки.
Громкий хлопок выстрела больно бьет по ушам в замкнутом помещении. От неожиданности, потеряв ориентацию, спотыкаюсь о собственную ногу и с грохотом, поднимая клубы пыли, падаю на пол. Умудряясь при этом выронить винтовку, болезненно встретившуюся с моими ребрами, оказавшись как раз на том самом пятаке, куда я приземлился.
– Ты чего стреляешь? Сдурел совсем?! – голос дяди раздается откуда-то сверху, со стороны стены, но его самого за поднятой пылью я не вижу. – Нет, здесь никого, вставай уже… Ак-к-кробат… – Ник, подходит ко мне и протягивает руку, помогая мне утвердиться на ногах.
– Кхе-кху, кха-ха…! Да это… Я случайно. – кое-как отплевываюсь от пыли, забившей нос, глаза, уши и рот. – Споткнулся…
– Нечаянно он, бл… А если б в меня попал? Че делал бы тогда? – Ники, выругавшись, наклоняется и поднимает мою винтовку, сиротливо лежащую на полу. – Сдох бы с голоду. – резюмирует довольно жестокий вывод, вешая винтовку себе за спину, оставляя меня совершенно безоружным. – Пусть у меня пока побудет, во избежание так сказать… – его скептически взгляд я чувствую буквально кожей, ибо самих глаз в сером полумраке рассмотреть нереально. – Ребенок, бл… Чему вас только учат в ваших академиях. – развернувшись, дядя исчезает в узком проеме, до которого я не успел дойти. – вояки…
Перспектива снова остаться одному в темном коридоре, меня не особо прельщала, поэтому быстро иду за Ником. Сразу за порогом оказываюсь в небольшом – коридор не коридор, больше на тамбур похоже. Но надолго не задерживаюсь, потому что из тамбура ведет еще одна дверь, из-за которой падает свет.
Предательски скрипит под ногами доска, и прямо в лицо, хотя это наверно мне просто кажется, ибо дядя сидит на корточках метрах в пяти от входа, упирается ствол винтовки.
– А… Это ты… Чего ходишь, как слон? – дядя опускает ствол и возвращается к прерванному занятию. Что-то ищет в выдвижном ящике древнего письменного стола, который готов развалиться от малейшего прикосновения. – Подожди пока, только осторожно не провались. Пол здесь деревянный, можешь провалиться. – видимо не найдя нужный предмет, дядя закрыл ящик и выдвинул второй. – Да где эти гребанные ключи! – раздраженно произнес он, выдвигая уже третий ящичек.
Смотреть, как дядя роется в дряхлом столе, было неинтересно, поэтому я решил пока немного осмотреться в комнате. Первое, на что бросался взгляд – большое окно, с мутным стеклом и остатками тканевых занавесок, паклями свисающих с гардины.
Аккуратно, помня о предупреждении насчет гнилого пола, подхожу к окну, и пытаясь пальцем протереть стекло, и как оно еще уцелело-то, чтобы глянуть, где мы, собственно говоря, находимся. С большим трудом, но мне удается это сделать.
Пейзаж за окном, заставил меня немного напрячься. Мы находились все так же к Мертвых землях, но не это меня обеспокоило, а то, что я не увидел земли.
Прямо под окном был обрыв, дно которого виднелось где-то далеко внизу. Предупреждение о том, что проламывать пол не стоит, как никогда подтвердило актуальность. В общем, разглядывать обстановку за пределами помещения мне резко перехотелось.
– Не то… И это не то. Да где ж эти ключи? – дядин вопрос явно был не мне. Глянув на него – тот все так же перебирал какой-то мелкий хлам вытащенный из ящиков столов, я переключился на комнату.
Больше всего мне эта заброшенная комната напоминала кубрик в Академии. Все минималистично. Даже сказал бы, чересчур. Стол, который пытался разломать дядя, кровать у стены. Наверно, когда-то давно она была шикарной. Двуспальная, широкая, с тяжелыми деревянными спинками и толстым матрасом, прикрытым одеялом.