– Да! Вещь! – выношу свой вердикт необычной одежке. – А почему ничего подобного нет в армии?
– Дорого в производстве. – Пожав плечами отвечает Ник. Немного помявшись, с каким-то сожалением произносит. – Ну, раз нравится – дарю. Считай что теперь он твой. Только постарайся не испортить, таких костюмов всего два на всей планете. – напутственно уточняет, тыча в меня вилкой, с насаженным на нее куском мяса.
– И у кого второй? – любопытно же, вещь эксклюзивная, да еще экспериментальная технология.
– У Пи… У твоего отца. Давай садись, быстро доедай и пойдем. – дядя сменил тему, указывая мне на так и стоящий на столе завтрак. Сам он уже доел практически, и в данный момент убирал со стола посуду в мойку.
Мысли мои крутились уже не вокруг сочного стейка, с гарниром в виде каши, а вокруг необычного костюма. Да и дядя явно начинает торопиться. Поэтому слопав в ускоренном темпе свою порцию, так и не насладившись вкусом хорошо прожаренного натурально мяса, о котором, будучи в своей осточертевшей камере только мечтал, давясь синтетической кашей, убираю посуду.
– Готов? – увидев, что я закончил, тут же поинтересовался Ники. Я лишь кивнул, в ожидании распоряжений. О замудренной одежде подумаю потом, раз уж дядя мне ее подарил. – Потопали тогда.
Ну а я что? Я ничего… Иду за дядей. На выход, значит на выход.
Серый бетонный пол мягко спружинил под ногами, когда я спрыгнул с лестницы, ведущей в поезд. Осмотревшись вокруг, понимаю, что мы находимся в том же, ну или точно таком же туннеле, как и тот откуда начинался наш путь в древнем транспортном средстве. Путь, который я благополучно продрых. Даже не имею представления, сколько собственно времени мы ехали. Хотя, если судить по тому, что спать мне не хотелось, дорога заняла часов семь-восемь. От недомогания, которое я испытал при пробуждении, не осталось и следа. Чувствую себя готовым к любым испытанием и свершениям.
Усмехнувшись про себя, взглядом нахожу дядю. Вот уж действительно, кто полон энергии. Пока я выбирался из поезда, он уже открыл ворота, точно такие же, как и те, через которые мы попали к поезду, и теперь стоит, ожидая меня. Ну, тогда поспешим.
– Что-то, Максимка, какой-то медленный. Совсем вас в ваших академиях разбаловали, или в войсках. Ни скорости, ни выносливости. – Весьма оптимистично подбодрил меня Ники, когда я подошел. – Надо бы с инспекцией наведываться… – это он уже себе под нос, входя в открытый проем.
– Жди. Сейчас свет включу. – голос дяди раздался откуда-то сбоку.
За порогом нас встречала непроницаемая тьма, лишь слабый луч света из туннеля падал на пол, высвечивая толстый слой слежавшейся в плотную массу пыли. Даже если бы я захотел пойти дальше, все равно бы не решился на такой подвиг в темноте и без чужих подсказок. Тьма вокруг была такой, что ее можно было резать на куски, настолько плотной и непроницаемой.
– Один, два, три, четыре, пять… Ага, где-то, примерно здесь должно быть… – тихий голос дяди, что считавшего вслух доносился справа от того места, на котором стоял я.
Если честно, мне становилось немного не по себе. Да и дядюшке, думаю тоже, иначе зачем считать вслух? Нет, я не боялся темноты. Но здесь и сейчас был не просто темнота, какая бывает в комнате, если выключить свет. Нет… здесь была – Тьма, с большой буквы. Давящая, высасывающая душу и поглощающая ее. Мне казалось, что, сделай я шаг в сторону из луча света, падавшего из приоткрытых ворот, и уже никогда не смогу вернуться, вечно плутая и ища выход из бесконечного лабиринта своего страх.
– Да чтоб тебя! – возглас дяди, а за ним скрежет заржавевшего металла отогнал подступивший к горлу страх, враз рассеяв жуть. Да и правда, чего это я жути сам на себя нагоняю. Темно и темно. Сейчас включиться свет и станет светло.
Раздался щелчок, что-то заискрило, высветив на миг дядю стоящего у стены рядом с рубильником, после чего пространство вокруг меня начало наполняться тихим жужжанием. Где-то вдалеке загорелся сперва один огонек, потом второй, третий и… Как-то резко стало слишком светло, даже пришлось зажмурить и прикрыть глаза, заболевшие от резкой перемены освещения.
Кое-как проморгавшись и вытерев брызнувшие из глаз слезы, я, наконец, смог осмотреться, где же, черт побери, мы находимся. Картина, прямо скажем, завораживала…
В огромном… Самое подходящее слово, мне думается, ангар. Не знаю, как иначе назвать помещение, в котором мы находимся. В общем, в огромном, метров так триста, на первый взгляд, длиной, высотой под добрых пятьдесят, и шириной в районе двухсот ангаре, покрытый толстым слоем пыли, скрывающим под собой обшивку корпуса, стоял…
Эм… первая ассоциация, почему-то возникла с самолетом. Наверное из-за коротких крыльев в задней части фюзеляжа. Хотя короткими они были лишь на фоне остального корпуса, который возвышался надо мной метров на двадцать, и в длину был около сотни. Впечатляюще…
Если бы не слой пыли и всеобщее запустение. Такое ощущение, что последний раз люди тут были лет сто назад. А то и поболе. Хотя кроме как «самолета», буду называть его так, в ангаре больше не было вообще ничего, но общая картина навевала уныние. Как на автомобильной свалке для грузовиков. Мощь, сквозившая в силуэте была мертвой, и никому не нужно.
– Нравится? – пока я предавался размышлениям, пропустил момент приближения Ники. От неожиданности чуть не подпрыгнул. Что тут может нравится? Я неопределено пожимаю плечами. – Эх… Грязновато тут, как представлю, что тебе все это придется убирать, даже жалко становиться… – что-то не нравится мне издевка прозвучавшая в голосе дяди. Совсем не нравится…
– Мне? – удивленный взгляд, брошенный на родственника, был им начисто проигнорирован, он, так же как и я до этого, стоял и смотрел на укрытый пылью силуэт.
– Ну а кому же еще? Ты разве здесь видишь кого-то еще? – глумливо улыбнувшись, отвечает дядя. – Эх… был бы я моложе, лет хотя б на тридцать, сам бы, конечно, полетал на этой птичке. Но! Стар я уже, поэтому уступаю дорогу молодым, то есть тебе. – толкает меня в плечо.
– Дядя, а ты уверен, что это… – указываю рукой на силуэт, даже окраску которого не видно сквозь пыль. – Может летать?
Сомнения прямо читались на моем лице. Я даже представить себе не мог, какие двигатели способны были оторвать от земли такую махину. Даже если каким-то образом, воткнуть туда кучу антигравов, то где взять энергию? Ядерная электростанция вряд ли поместится на борту. Да и не строят их уж незнамо сколько времени. Нет, работающие то еще есть, остались со времен до Большой смуты, а вот о том, что кто-то новые строил – не… Не слышал не разу.
– Может, может. Поверь уж старику. – уверенно ответил на мой вопрос Ник.
Хотя на мой взгляд до старика ему еще жить да жить. Он и молодым многим фору даст. Ну да ладно, его дело. Меня же больше сейчас интересовал вопрос, как он представляет себе мой полет на этой штуке. Да я ее отмывать до собственной смерти буду. А уж с какого боку подходить для полетов, вообще не представляю.
– Да не бойся ты так, прорвемся. – видимо я слишком громко думал, иначе чем объяснить фразу дяди даже не знаю. – Пойдем, покажу место где ты будешь жить. – развернувшись Ник направился в дальний конец ангара. Еще раз окинув взглядом застывшую во времени махину я поспешил догнать его. А то опять убежит, ищи его потом тут.
* * *
– Располагайся, будь как дома. Хотя почему как? Теперь это и есть твой дом. – дядя открыл небольшую дверь в дальнем конце ангара и щелкнул механическим выключателем, зажигая свет в комнате оказавшейся за ней.