— Тогда у меня не нашлось других решений.
— Это меня не удивляет, — сухо отозвалась Бестия. — Романтично и глупо, и полностью в твоем стиле: директор артефактория умрет, потому что этого пожелал его полунелюдь-садовник…
— Фелла… — предупреждающе начал Экстер, оглядываясь по сторонам, но Бестия уже вошла в раж. Она остановила своего начальника повелительным жестом и принялась договаривать на повышенных тонах:
— Хотя какая разница мне? Ты пообещал, что умрешь? Прекрасно, я не собираюсь тебе мешать. Умирай любым из способов, которые он выберет, а если не выберет — я могу поспособствовать. Прочитаешь мне какой-нибудь из стишков, и я тебя гарантированно прикончу, и уж не обижайся, если я не буду лить слез над твоей поэтической могилой! Устроим тебе пышные проводы, а сразу же после этого место директора займу я, потому что больше просто некому. Магистры не посмеют прислать в Одонар новичка извне. Отлично, вот и повод навести порядок в проклятом артефактории, без тебя это будет гораздо проще, не говоря уж о…
— Сдохни!! — истерически возопили в кустах, и вслед за этим по воздуху просвистел и стукнулся о сапог директора гладкий, отливающий изнутри огненным рубин. Экстер наклонился и поднял его.
— Спасибо, Фелла, — выдохнул он.
Застигнутая в момент патетической речи завуч замерла.
— Что?
— Кажется, Зерка встревожила перспектива увидеть тебя на посту директора, — серьезно изложил Мечтатель и предъявил ей рубин на ладони. — Он не стал взыскивать долг.
Теперь завуч начала бледнеть, и это была бледность ярости.
— Ты… — начала она глухо. — Ты специально завел этот разговор в саду, так? Ты хотел, чтобы он услышал, как я… Мечтатель, ты…
— Фелла, я просто хотел сообщить тебе… сад? Ты же знаешь, я не очень люблю свой кабинет… — он посмотрел на ее лицо, сник и добавил уже почти с надеждой: — Ведь ты не расстроена из-за того, что я остался в живых?
В ответ Бестия коротко и устрашающе выдохнула, сделала пару резких пассов, уничтожив рубин на ладони у директора, и зашагала по аллее. Директорское кресло, до которого было рукой подать, тут же отдалилось на почти недостижимое расстояние.
Мечтатель стряхнул со своей ладони осколки артефакта и огорченно вздохнул. Даже ему хватило ума не соваться сейчас к Бестии с предложениями совместных прогулок или чтения стихов. Настрой завуча угадывался яснее ясного: она мало того что в ярости, так еще и отыграется на двух известных ему практикантах.
Что самое огорчительное — у нее есть возможность сделать это, а у Экстера маловато возможностей ей помешать.
Разговоры на сегодня еще не окончены.
* * *
И чего их в сад понесло? Сидели б в артефактории, наслаждались славой. Но Дара уперлась: пошли, и все тут. Воздухом подышать, все такое, а на самом-то деле, небось, хотела повидать своего ненаглядного Мечтателя!
Кристо сначала вовсе не хотел ее сопровождать, но она зыркнула на него своими омутами и нетерпеливо заявила:
— Да в саду сейчас всё самое интересное, понимаешь?
Ну, и нарвались на интересное. Бывший воин Альтау — куда уж занятнее! Бестия вышла на них из-за угла аллеи роз с таким лицом, что Кристо заоглядывался: в какую сторону сподручнее орать «На помощь?»
— Где директор? — тут же подозрительно спросила Дара. Так, будто Фелла могла прятать Экстера в нагрудном кармашке.
Завуч Одонара расплылась в ядовитой усмешке.
— Директор? Видимо, прогуливается среди роз и мечтаний. Занят сочинением какой-нибудь новой песенки. Миссию разговора с вами он поручил мне.
Это обозначало, что придется выслушать что-то гадкое. Кристо тут же насторожился.
— Вы с нами двоими говорить будете?
— Я могу говорить с вами как угодно. Но сейчас вас двое. Сначала о неприятном, — как будто кто-то ожидал от нее обратного: — Гробовщик сумел высчитать последнюю «голову гидры».
Кристо зевнул в сторонку. Если сейчас опять пойдет артефакторная терминология — с ума сойти можно.
— «Будильник», — спокойно сказала Дара. — Она может пробуждать иные артефакты, так?
— Откуда ты узнала?