Сборник "Николас Линнер+Отдельные триллеры",Компиляция. Книги 1-12: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Так Николасу удалось благоразумно устранить замешательство хозяина и, дав ему возможность спасти лицо, приобрести большой авторитет в глазах Сато.

Когда Сато вернулся с новой порцией сакэ, в его глазах светилось это новое уважение. Он с поклоном поставил на стол наполненный кувшин.

— Домо аригато. — Николас ответил ему таким же церемонным поклоном.

Прежде чем заговорить снова, Сато отпил сакэ.

— По моему мнению, Линнер-сан, у-син был направлен против нас — против Нанги-сан и меня — хотя бы потому, что три смерти серьезно подрывают эффективность концерна. Каждая из смертей весьма специфична, с каждой — Кагами-сан, Ёсида-сан, Иссии-сан — все ближе затрагивается сердцевина компании. Есть чему ужасаться.

Он уставился на свою пустую чашку, и Николас понял, что, выпив такое количество алкоголя, ему трудно говорить. Николасу оставалось хранить молчание.

— Я много думал об этих ритуальных наказаниях. — Сато поднял голову. — И сейчас я уверен, что это подкрадывается к нам наше прошлое. Можете ли вы это понять? Я думаю, можете. Именно вы и никто другой.

— Вы с Нанги-сан обсуждали возможное происхождение этих наказаний?

— Нет. Нанги-сан — сэмпай!

— Понятно.

— Кроме того, — добавил Сато, — Нанги-сан становится сам не свой, когда речь заходит о прошлом. Есть много вещей, которые он почти забыл, — некоторые, потому что они слишком ненавистны, другие — потому что они слишком волнительны. Вы, может, думаете, что Нанги-сан холоден и бесчувственен, но это не так. Напротив, он весьма чувствителен. Как он рыдал, когда умерла оба-тяма! Как он переживал, когда пришлось продать пару ее фамильных чашек эпохи династии Тан. Мы были вынуждены сделать это, чтобы переехать в Токио и начать карьеру. Это было сразу после войны. Те чашки, прозрачные, как горный поток, были чудесным творением гениальных китайских мастеров. Но помимо несомненной художественной ценности, Нанги-сан, я уверен, был привязан к ним из-за воспоминаний о тех страшных обстоятельствах, при которых оба-тяма их получила.

И он рассказал, как родственник его бабушки спасался бегством от бомбежек Токио.

— Мне кажется, что этот случай для Нанги-сан — самый наглядный пример бессмысленной жестокости войны. Теперь, я думаю, вы понимаете, почему он не любит говорить об этом. — Сато покачал головой. — Я боюсь, что мы не можем на него рассчитывать. Память — его несчастье. Он не пожелает говорить о прошлом даже со мной.

— Тогда все зависит от вас, Сато-сан.

— Конечно, — с горечью воскликнул хозяин дома. — Только я не помню ничего такого. Вы знаете, на что был похож Токио после войны? В то время все было таким необычным! Режимы приходили и уходили. Альянсы быстро создавались и также быстро распадались. Я знаю. Тогда у нас появилось много врагов... как, впрочем, и друзей. — Сато помолчал. — Те времена были очень насыщенными. Я часто думаю, что десятилетия тогда были спрессованы в года, а года — в месяцы. Мы достигли многого за короткое время: мы выбрались из хаоса поражения, вновь обрели независимость. Ведь по сути дела нам пришлось все начать сначала. Война как бы очистила нас от того худшего, которому мы позволили управлять нашим обществом.

Подобно тем, кто был на Ноевом ковчеге, мы ступили на берег на горе Арарат, чтобы построить новое общество. И мы это сделали. Мы справились с гиперинфляцией, мы добились роста нашей промышленности с помощью МИТИ и расчистили дорогу для невиданного в мире экономического скачка. — Он посмотрел на Николаса и улыбнулся. — Мы даже успешно превратили слова “Сделано в Японии” из простого значка в символ. Все это не было случайным, но это не принесло нам счастья. Наша карма велика, и хотя мы продолжаем процветать, мы все чаще чувствуем нарастающую боль.

Он налил еще сакэ, выплеснув немного на стол.

— Но знаете, Линнер-сан, что по-прежнему не дает нам покоя? Это сознание того, что даже сейчас, когда нефти полно, когда вереницы танкеров отплывают из Японии и прибывают в нее, доставляя нам топливо, миру приходится питать нас, чтобы мы жили и развивались. Подобно грудному ребенку, не способному добывать себе пищу, мы привязаны к этим красивым островам, лишенным каких бы то ни было полезных ископаемых. Можете ли вы понять, как уязвляет это нашу гордость, Линнер-сан? — спросил он раздумчиво. — Конечно, можете. Ведь вы же часть нас. Я уверен, что вы нас понимаете в отличие от многих других. И вы, наверное, знаете, есть правда в словах о том, что несчастье никогда не длится целую жизнь. — Он тяжело вздохнул. — Но я скажу вам, что иногда не уверен в этом.

Волосы влажными прядями свисали на его лицо, кимоно распахнулось, обнажив голую грудь и темный сосок.

— Знаете, — глухо произнес он, — я потерял жену. О нет, не Акико, я был женат раньше. Ее звали Марико. Прекрасная Марико. Она была очень молода, когда мы встретились. — Сато улыбнулся, и что-то мальчишеское прорвалось сквозь печаль, накопившуюся с годами. — А я? Я тоже тогда был намного моложе. Мы с Нанги-сан уже тогда знали друг друга. Он был в Министерстве внешней торговли и промышленности, а я занимался бизнесом. У меня было несколько “кобунов” в те дни, и все — успешные. В некоторых делах я прислушивался к советам Марико. Именно она рекомендовала мне купить косметическую компанию “Икиру”. Это было в 1976 году. “Икиру” производила кремы для лица и лосьоны. Я приобрел компанию, когда в Японии еще только начинался косметический бум.

Доход был фантастический. За один год эксплуатации я окупил расходы и даже получил небольшую прибыль. Прогноз на следующий год был самый блестящий.

Марико посчитала себя обязанной пользоваться продукцией “Икиру”. Она говорила, что никто из ее подруг не будет доверять продукции компании, если она сама не подаст пример. Чудная матовая кожа была гордостью Марико, и она стала дважды в день пользоваться кремом и лосьоном “Икиру”. Несколько месяцев спустя у нее начались сильные приступы мигрени. Затем появилось головокружение.

Я показал ее врачу. Он не нашел никакого заболевания и посоветовал недельку отдохнуть. Я в точности последовал его совету и отправил Марико в одно живописное место за городом. Но там ей стало хуже: у нее начался сильный жар. Врач, которого пригласили к ней, нашел аритмию, учащенное сердцебиение.

По его настоянию позвонили мне. Я немедленно приехал и забрал ее в Токио. Мы с ней отправились к известному специалисту, и он после обследования сказал, что у Марико не в порядке мочевой пузырь. Она пила лекарства, но температура не снижалась. Кроме того, у нее появились неприятные ощущения под кожей лица, которая сделалась неестественно блестящей. Тогда она стала пользоваться лосьоном еще чаще.

Так продолжалось до тех пор, пока, проснувшись однажды утром, Марико не обнаружила, что вся ее кожа стала такой же блестящей и отечной, как кожа лица. Ее нога, когда она трогала ее, больше напоминала ногу куклы, чем живого человека. Расстроенная, она снова обратилась к доктору. Ее обследовали еще раз и сказали, что это заболевание связано с поджелудочной железой. Снова ей прописали лекарства, которые она аккуратно принимала.

Неделю спустя Марико проснулась утром вся в поту. Она села на кровати — сердце у нее колотилось, как у стайера. Во сне ей приснилась кровь. Она посмотрела на подушку и увидела на наволочке красно-коричневое пятно.

Она механически дотронулась до лица, и ее пальцы оказались в крови и еще в чем-то непонятном. В истерике она стала звать меня. Я настоял, чтобы ее положили в больницу.

Марико вся исхудала. Дыхание ее было затруднено, но доктора не находили заболевания дыхательных путей или легких. Из пор ее кожи продолжала выделяться какая-то жидкость. Марико твердила, что у нее под кожей что-то есть. Жидкость послали на исследование, но тесты сделали не сразу, потому что лаборанты были загружены работой.

Марико с каждым днем становилось все хуже, она перестала есть и медленно угасала. Когда она впала в кому, доктора не могли объяснить это, как и все ее предыдущие недомогания.

Через неделю Марико умерла, так и не придя в сознание. Я даже не мог ей сказать “прощай” или “я люблю тебя”, хотя я просидел возле нее, полуспящей-полумертвой, все эти долгие дни и ночи...