Сборник "Николас Линнер+Отдельные триллеры",Компиляция. Книги 1-12: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сайго видел каждое движение снайпера. Дождавшись, когда полицейский отошел к самому удаленному краю своего участка, он вставил стрелу со стальным наконечником, отклонился назад и прицелился. Это были не обычные стрелы — их наконечники были сделаны из многослойной стали, так же, как клинки катана. В старину такие стрелы называли бронебойными, потому что они пробивали воинские доспехи; их мог остановить только двухдюймовый слой стали.

Сайго выпустил стрелу. Раздалось тихое жужжание, словно пролетела любопытная пчела, и мягкий щелчок. Поблескивающий ствол винтовки куда-то исчез, из шеи снайпера торчало оперение.

Полицейский повернул назад. Он остановился прямо напротив Сайго и поднял голову, что-то темное капнуло ему на плечо. Он переложил автомат в левую руку, собираясь связаться с кем-то по рации.

Сайго метнулся к нему как ожившая тень. Его левая рука, на которой было надето нечто вроде ажурной стальной перчатки с когтями на пальцах, кривыми и острыми, как бритвы, со свистом обрушилась на противника.

Полицейский не успел даже понять, что происходит, когда когти яростно впились ему в горло, потом в грудь, разрывая одежду, пуленепробиваемый жилет, кожу, мышцы, внутренние органы.

Хлынула струя темной крови, и тело полицейского конвульсивно дернулось, будто пораженное электрическим током. В воздухе вдруг остро запахло смертью; так пахнет жасмин в каком-то далеком, незнакомом краю.

Сайго отошел от тела, беззвучно смеясь над бесполезностью жилета, и подобрал свой лук в глубокой тени. Он не торопился. Пусть они подождут его там, наверху. Сайго представил себе потное лицо Томкина, теряющегося в догадках о том, что происходит в здании.

Он двигался по вестибюлю бесшумно, как летний ночной ветерок, и вскоре заметил еще одного полицейского. Сайго подошел к нему сзади, набросил ему на шею тонкий нейлоновый шнур и резко потянул к себе. Ниндзя был поражен: вместо того, чтобы бороться с удавкой, человек развернулся и пошел на него. Он обладал чудовищной силой, и Сайго едва удалось сохранить равновесие. Он почувствовал, как его сжимают огромные ручищи, и изо всех сил обрушил ботинок на колено полицейского. Тот отступил, но тут же снова набросился на Сайго и сбил его с ног.

Сайго ничего не мог поделать с огромной массой противника” и ему пришлось уйти в глухую оборону; на него обрушился град ударов, и его черный костюм стал мокрым от пота.

Сайго проклинал себя за излишнюю самоуверенность. Наконец ему удалось освободить правую руку, и он нажал на пружину. Лезвие пронзило плечо противника над ключицей. Полицейский застонал, но неожиданно стал бороться с еще большей яростью. Сайго услышал громкий треск и понял, что лук ему больше не пригодится.

Полицейский изо всех сил надавил коленями на грудь Сайго, пытаясь оставить его без воздуха. Он допустил ошибку. Но откуда ему было знать, что ниндзя мог не дышать по меньшей мере семь минут?

Левая рука Сайго была зажата, и он не мог воспользоваться стальными когтями; вместо этого он выпрямил пальцы правой руки и ударил противника под ребра. На этот раз защитный жилет сделал свое дело и отразил смертельный удар. В отчаянии Сайго нанес удар тэттсуи — “железный молот” — в грудь полицейского.

Раздался треск, и хватка ослабла. Теперь Сайго оседлал противника и изо всех сил затянул шнурок на его шее.

Он услышал нарастающий звук, который становился все пронзительнее, и я то же мгновение пригнулся. Последовала ослепительная вспышка у правого виска, и Сайго покатился по полу, пробираясь в спасительную тень. Снова просвистела пуля, ударившись где-то об металл.

Еще один снайпер! Сайго притаился в тени толстой колонны, вслушиваясь в ночные шорохи. Из раны сочилась кровь, и он машинально поднес руку к голове. Всего лишь царапина. Но это говорит о его беспечности. “Мы не можем одобрить использование наркотиков — каких бы то ни было, — услышь он слова сэнсэя. — Наркотики сужают восприятие, концентрируют сознание в узкой области, хотя при этом создается прямо противоположное впечатление. Таким образом складывается искаженное восприятие действительности. Сужение сознания может наступить у каждого воина, и это особенно опасно на последних этапах поединка. Даже ветераны должны этого опасаться. Если вы чувствуете, что ваше внимание приковано к незначительным деталям, отступите и посмотрите на поединок со стороны”.

Сайго угодил в собственную ловушку. Иначе эта пуля никогда бы его не задела. Теперь ему нужно было время, чтобы восстановить силы. Недостроенный вестибюль уходил высоко вверх в тусклом свете у него над головой. Темный воздух давил на Сайго своей тяжестью, как водяной столб.

В первый раз у него мелькнула мысль о том, что он мог серьезно недооценить своих врагов. Он чувствовал себя беспомощным и ужасно одиноким — так же, как в ту ночь, в проливе, когда он дрожащими руками бросил в пучину часть самого себя; так же, как в ту минуту, когда он увидел мертвое лицо отца. Теперь, когда единственного человека, который понимал Сайго, не было в живых, у него не оставалось ничего, кроме последней воли Сацугаи. Все остальное не имело значения. Словно он передал свою жизнь в жадные руки духа дзикиники — демона-людоеда. Наверно, таким демоном был и его отец. Так думал Сайго, хотя уважал его больше всех на свете — за исключением своего тезки. Когда он впервые прочитал о жизни Сайго, он решил, что дух этого великого патриота вселился в Сацугаи. По буддийским верованиям, в этом не было ничего невозможного.

С самых ранних лет Сацугаи полностью овладел душой сына. Жизнь Сайго всегда была продолжением жизни его отца. У него никогда не находилось времени, чтобы ответить на вопрос: что же в этой жизни доставляет удовольствие самому Сайго? Теперь он знал, что для него не существует удовольствий. Только сознание того, что остались неоконченные дела, толкало Сайго вперед, к неизбежному концу.

Сайго уже не чувствовал себя беззащитным и напуганным. Наркотик сделал свое дело, обострив все его ощущения; мышцы наполнились энергией. Пора было двигаться.

Ниндзя вышел из тени и столкнулся с еще одним полицейским, державшим наготове автомат. Они увидели друг друга одновременно, и дуло автомата метнулось вверх, на уровень груди Сайго. Полицейский смотрел Сайго в глаза, его палец застыл на спусковом крючке.

Он стоял неподвижно, как изваяние, когда Сайго поднял черную дубинку; глаза полицейского ничего не выражали. Сайго нажал на потайную кнопку, и четырехдюймовое стальное острие с тихим свистом прошло через открытый рот полицейского и пронзило его мозг. Несчастный закрутился на месте, его палец судорожно нажал на спусковой крючок, и короткая очередь описала смертельную дугу.

Сайго уже был далеко, когда безжизненное тело рухнуло на цветные мозаичные плитки вестибюля. Он слышал топот бегущих ног, громкие крики и треск рации.

Сайго обошел участок, который простреливался вторым снайпером. Ему было немного не по себе: владение харагэй должно было предотвратить непосредственную угрозу, и пока кругом было тихо, снайперская винтовка не представляла для него серьезной опасности. Но в наступившей суматохе многие способности Сайго оказались парализованы.

Ему хотелось подняться наверх, на последний этаж, но он знал, что прежде должен нейтрализовать последний источник опасности.

Одним прыжком Сайго вскочил на подвесные леса, располагавшиеся на полпути к галерее. Прозвучали один за другим два выстрела, и слева от него пули врезались в металл. Если бы Сайго не двигался, по меньшей мере один из этих выстрелов его бы задел. Он побежал по подмостям, сосредоточившись на том, что было прямо перед ним; одновременно, по звукам выстрелов он бессознательно оценивал расстояние до снайпера и напряженно прислушивался.

Впереди он заметил два освещенных участка, разделенных глубокой тенью. Чтобы их обойти, Сайго пришлось бы снова спуститься на пол. Но это означало бы потерять свое преимущество перед снайпером. Сайго остановился в шести футах от первого пятна света и тщательно осмотрелся.

Он сделал три глубоких вдоха и бросился вперед. Шаг, еще один — и вот он взлетел в воздух, сложившись как ныряльщик; несколько раз перекувыркнувшись, Сайго снова оказался в тени.

Уже опускаясь, он услышал звук выстрела. Он не смог оценить, насколько близко снайпер к нему подобрался, но не стал рисковать. Едва коснувшись подмостей, Сайго снова оказался в воздухе, который стал теперь густым и удушливым.

Он машинально задержал дыхание. Еще в полете он заметил тусклый блеск гранаты со слезоточивым газом и насчитал четыре выстрела; его икру обожгло резкой болью. Через мгновение ниндзя был снова на ногах и устремился вперед, туда, где был снайпер. Он не обращал внимания на боль в правой ноге; он умел локализовать боль так, чтобы она не притупляла его обостренное восприятие.

Снайпер, отчетливо разглядев, наконец, приближающуюся фигуру, выставил вперед винтовку. Сайго отбил ее локтем и нанес сокрушительный удар ребром ладони. Грудная клетка снайпера треснула, как яичная скорлупа. Он застонал и тут же получил удар ногой в лицо. Хлынула кровь, и полицейский кубарем полетел вниз, вслед за своим бесполезным оружием.