Форк 1941: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Немцы вляпались в войну на два фронта? Прекрасно! Они ныне вязнут на славянских просторах, и их тевтонский порядок и механизированная мощь столкнулись с успевшей провернуть индустриализацию большевистской Россией!

Которая, как замечали круги (но не прокоммунистические!), симпатизирующие той, вспомнила своё участие в «сердечном согласии» Антанты времён «первой великой войны» и завернула почти до конца кран своей большевистской антикапиталистической пропаганды.

Самые смелые даже предполагали предыдущую политику большевиков временными издержками времён революционного буйства и падения самодержавия, которые со временем сойдут на нет окончательно, а Россия просто будет иметь большую долю коллективизма в сути её общества в связи со своими частично азиатскими корнями, чем на более индивидуалистичном «западе».

Однако большинство (как среди имеющих власть, так и среди англосаксонского социума) отнеслось просто и прагматично – Сталин сделал выбор в пользу союза не с Гитлером, а с нами? Ок, побудем пока союзниками… точнее, попутчиками.

В то время, когда Рожков принимал поздравления от коллег-шутников с годовщиной «попадания», Рузвельт завершил изучение второго доклада военного министра Стимсона с уточнёнными прогнозами о ходе боевых действий на восточном фронте. Главным выводом текста была твёрдая уверенность в том, что германский блицкриг на востоке дал сбой. Оценка возможности большевистской России противостоять вторжению стран Оси были подтверждена. Немцы по прежнему продвигались вперёд, их потери были высоки, но большевики несли, судя по осторожным оценкам в докладе ещё большие потери. Союзник, несущий ныне основную тяжесть сухопутной войны, был необходим США. Европейский ТВД теперь и судьба Англии почти не беспокоили президента США, отношения с большевиками ныне стали сугубо деловые, военная техника и материалы, станки – туда, золото и ресурсы – за океан, в Америку. Чистый бизнес, без мутного пены идеологии. Очень хорошо. Мысли Президента США ныне полностью переключались на просторы Тихого океана и Японию…

Перед выступлением Иоффе на ПБ, меня, его и ноут:-), свозили на дачу к Сталину. Чтобы мы объяснили ему всё максимально просто и доходчиво про перспективы. Ну и ответили на то, что его заинтересует особо.

Суть моей речи, после разъяснения всяких компьютерных фишек, на которые Сталин нашёл возможность выделить вечер для общего собственного понимания «что к чему», была такова:

Кто первым развернёт массовое дешевое производство интегральных схем и ПК на их базе с сопутствующими их внедрением во все сторонах жизни, тот и выиграет цифровую гонку.

Первый этап, по сути, мы УЖЕ выиграли. У нас, буквально на днях, на МЗЭТ начался серийный выпуск простых, но реально работающих и приносящих пользу М-1. Чего нет пока ни в США, ни в Великобритании, ни в Германии!

Но текущие успехи с М-1 это так… «ступеньки на входе»! Если будем почивать на лаврах, обгонят в два счёта… за пару-тройку лет.

Весь мир должен через лет 15–20 сидеть на наших микросхемах. Ну или, если быть более реалистами, внутренний рынок и рынок хотя бы Евразии, должен быть наш…

Именно тогда во мне шевельнулись подозрения – ИВС задумал ЧТО-ТО намного большее, чем просто «разжевать ему человеческим языком ВСЁ ЭТО».

Я же продолжил «гнуть своё», втайне страшась будущего возможного крена «Компьютер на столе – это для инженеров в КБ, зачем тратить ресурсы на миллионы персоналок, на которых дети только портят себе зрение и осанку с компьютерными играми?»,

– Реальная победа в цифровой гонке будет ещё и не только тогда, когда в каждой школе будет стоять компьютерный класс наших, советских персоналок, а когда советские люди будут массово покупать себе ДОМОЙ комплект «8-битка + телевизор + магнитофон»…

ПК – в массы, короче.

Я тщательно и настойчиво продвигал, раз уж позвали снова к САМОМУ, мысль – что для массового распространения, дешевизны и всеобщего «ВАУ» нужно, чтобы такое было доступно за пару-тройку средних зарплат советского гражданина. Чтобы желающие могли дарить их своим чадам, которых с горящими глазами приходится вытаскивать после школы из школьного класса ПК. Ну а внедрение везде, где можно пойдёт после само – от астрономов в крымской обсерватории, делающих расчёты на встроенном в ПЗУ интерпретаторе чего-то наподобие простого BASIC… до относительно недорогих ПК с дисководом, принтером и офисным ПО для бухгалтеров…

Мы были благожелательно и внимательно выслушаны, получили благодарность из уст вождя за создание М-1 и отправлены прочь с пожеланиями «углублять и расширять». На благо Советской Родины.

Ага, выводы какие-то будут сделаны. Что-то будет предпринято. Результаты увидим. Лет через 10–20.

Да, и чего это усатый так ухмыльнулся, глядя на меня, когда произносил слова про «нашу Советскую Родину»?

Пообщавшись с пришельцем-горячим сторонником компьютеризации СССР и намного более сдержанным Иоффе и уловив некоторые кое-что насчёт того, как компьютеры и прочие технические штучки вросли в привычную жизнь миллиардов и стали само собой разумеющимся в будущем, Сталин поужинал с гостями и, отправив их восвояси, стал изучать отчёт Голованова.

Может, в «этот раз» карьера того будет и не столь головокружительна, но знать его в мире после войны, точно будут больше… если «придётся использовать изделие со спецБЧ»

Комдив 81-й (даже номер авиасоединению был присвоен тот же, как и в «тот раз») дальнебомбардировочной, отчитывался об результатах боевого применения ТБ-7 за лето и излагал свои выводы по дополнительным разведвылетам на большой высоте и, дополнительно сбросом оттуда нервирующих обывателей крупных городов Рейха авиабомб ФАБ-500. Больший вес был невозможен по причине дальности полётов и нахождения на большой высоте ради безопасности экипажей. По Пруссии же наносили удары и с ФАБ-1000. Несмотря на малую эффективность таких ударов (главное было в относительно безопасном воздушном терроре в отношении населения врага), летчики приобретали бесценный опыт дальних/ночных полётов/ориентации/точного выхода на цели/авиаударов по ним.

Первоначально пропагандистские, к концу августа вылеты снова стали расти в числах. А то, что их малый эффект высмеивался в газетах Германии, не являлось особо важным. Да, СССР не имел, как в будущем США, сотен и тысяч дальних бомбардировщиков. Но чтобы в нужное время, если что, ударить атомной бомбой, столько и не нужно.

Именно поэтому в авиадивизию Голованова уходили все немногие выпускавшиеся ТБ-7, как наиболее приспособленные для данной задачи.

Сталин прочитал все имевшиеся у попаданца в книгах и специально отобранные для него 8-м отделом материалы по опыту применения по Японии атомного оружия и авиабомбардировок Германии в той войне. И несколько раз пообщался с Рычаговым, понимавшим полностью, «что и для чего».

Голованов, конечно, пока ничего не знал. Макеты, имитирующие что-то, подобное РДС-1 и другим первым советским авиабомбам «той реальности», уже испытывались (с соответствующим инфоприкрытием про «бомбы повышенной мощности») в 81-й авиадивизии.

Как уже знал Сталин из очередного еженедельного доклада Фитина, 28 июня 1941 года Рузвельт (как и в «тот раз») подписал исполнительный приказ 8807 о создании Бюро научных исследований и разработок (Office of Scientific Research and Development) с Вэниваром Бушем в должности директора. «Манхэттенский проект» в США также набирал свои обороты.

Фамилия его показалась знакомой Сталину и он, порывшись в памяти – вспомнил. Этот Вэнивар Буш был создателем заокеанского «дифференциального анализатора». Подобного тому, что создал Брук у нас.

Предшественники компьютеров. Урановые, плутониевые бомбы и «расчётные машины». Будущее снова показало свои лики уже сегодня, в сорок первом…

А пару дней спустя сеанса «эксклюзивного компьютерного ликбеза для вождя» Берия доложил Сталину, что за год никаких новых проявлений феномена на месте появления Рожкова в этом мире не обнаружено, усиленное наблюдение снято. Никаких происшествий за год не произошло, никаких иных следов, никаких даже незначительных предметов из иной реальности не попало в наш мир…