– Помнишь, мы перечисляли тех, кто пострадал от всей этой истории?
– Да, помню.
– В первую очередь, конечно, Клу. Потом Эсперанса. Ты. И я.
– Верно.
– Так вот, надо добавить еще одного человека: Софи Майор.
Майрон задумался. Потом кивнул:
– Да, это разумно. Что бы ты сделал, если бы захотел свалить Софи Майор? В первую очередь выбил бы у нее из-под ног единственную опору, которая связывает ее с «Янкиз» и их фанатами.
– Клу Хейда, – подтвердил Уиндзор.
– Именно. А потом нанес бы удар по ее самому уязвимому месту – пропавшей дочери. Представляешь ее ужас, если она получила такую же дискету?
– Отсюда следует еще один вопрос, – заметил Уиндзор.
– Какой?
– Ты собираешься ей рассказать?
– Про дискету?
– Нет, про последние события в Боснии. Конечно, про дискету.
Майрон размышлял недолго.
– Пожалуй, у меня нет выбора. Я должен ей сказать.
– Возможно, это тоже была часть плана, – предположил Уиндзор. – Кто-то прислал тебе дискету, чтобы ты сообщил ей.
– Вариант. Но все равно она должна об этом знать. Не мое дело решать, как будет реагировать Софи Майор.
– И то верно. – Уиндзор встал. – У меня есть кое-какие контакты… Они пытаются раздобыть официальные данные по смерти Клу: результаты вскрытия, отчеты с места преступления, лабораторные анализы и тому подобное. Но пока все молчат.
– У меня тоже есть контакт, – заметил Майрон.
– Судмедэксперт округа Берген, Салли Ли. Я ее знаю.
– Через отца Джессики?
– Да.
– Так действуй.
Майрон посмотрел на удаляющуюся спину друга.
– Уиндзор…
– Да?
– Ты не знаешь, как мне получше выложить эту новость Софи Майор?
– Понятия не имею.
Уиндзор вышел. Майрон взглянул на телефон. Он взял трубку и набрал номер Софи Майор. Возникла заминка, но в конце концов секретарша соединила его с начальницей. В голосе Софи не слышалось восторга.