Она улыбнулась и толкнула его локтем.
– Вижу, вы поняли, что к чему.
Музыкальный автомат заиграл «Моя малышка – чудо» группы «Полис». Майрон попытался сосчитать, сколько раз Стинг повторит слова «моя малышка». Сбился на первом миллионе.
У стойки нашлось два свободных места. Большая Синди искала глазами Пэта. Майрон украдкой оглядывал зал, как положено детективу. Он повернулся спиной к бару и облокотился на стойку, покачивая головой в такт музыке. Беспечный плейбой.
Знойная дамочка в черном латексе встретилась с ним взглядом. Через минуту она уже сидела на соседнем стуле. Майрон вспомнил Джули Ньюмар в роли Женщины-кошки образца 1967 года. Его новая соседка была блондинкой, но в целом могла составить ей неплохую конкуренцию.
Незнакомка метнула в него взгляд, которым можно было передвигать предметы.
– Привет, – поздоровалась она.
– О, привет.
Казанова идет в бой.
Соседка медленно потянулась к шее и стала теребить застежку «молнии». Майрон старался смотреть не ниже ватерлинии. Он покосился на Большую Синди.
– Будьте начеку, – шепнула она.
Майрон нахмурился. Черт возьми, у нее же бюст! Он посмотрел еще раз, чтобы удостовериться. Ну да, вот он. И еще какой. Он снова повернулся к Синди и прошептал:
– Груди. Две штуки.
Большая Синди пожала плечами.
– Меня зовут Трилл, – сообщила Женщина-кошка.
– А меня – Майрон.
– Майрон, – повторила она, словно смакуя имя. – Прекрасно звучит. Так мужественно.
– Хм… спасибо.
– А вам оно не нравится?
– Честно говоря, я его ненавижу, – признался он. Потом приподнял бровь и бросил на нее взгляд снисходительного мачо. – Но если вам нравится, возможно, я передумаю.
Синди издала странный звук – словно лось поперхнулся желудем.
Трилл прожгла его еще одним убийственным взглядом и взялась за бокал. Всего лишь глоток коктейля, но Американская ассоциация кино, попади такое в кадр, наверняка дала бы ограничение «Только для взрослых».
– Расскажи мне о себе, Майрон.
Они начали болтать. У Пэта был перерыв, так что Майрон и Трилл беседовали добрых четверть часа. Как ни странно, все это начинало его понемногу заводить. Трилл сидела совсем рядом, повернувшись к нему всем телом. Она слегка наклонилась в его сторону. Майрон снова проинспектировал ее на предмет вторичных половых признаков. Верхняя и нижняя губы: никаких следов бритья. Чисто. Он еще раз посмотрел на бюст. На месте.
«Кто скажет, что я плохой детектив?»
Трилл положила руку на его колено. Он чувствовал ее горячую ладонь. Рука как рука. Майрон изучал ее несколько секунд. Может, что-то не так с размером? Слишком велика для женщины или слишком мала для мужчины? Голова у него начала кружиться.
– Не хочу показаться грубым, – выдал он наконец, – но ты женщина?
Трилл запрокинула голову назад и рассмеялась. Майрон пытался разглядеть адамово яблоко. Но шея была прикрыта легким шелковым платком. Ничего не разберешь. Смех, пожалуй, немного хриплый, но какого черта? Не может она быть мужчиной, и все тут. С таким-то бюстом. Да и все тело туго обтянуто латексом, в том числе и… хм… в самом видном месте.
– А какая разница? – спросила Трилл.
– В смысле?