– И не сейчас. «Догадайся!» открывается в одиннадцать.
– Ладно. Поедем вечером.
– Надо будет во что-нибудь переодеться, – добавила она. – За кого вы хотите себя выдать?
– За зажатого гетеросексуала, – ответил он. – Для этого мне достаточно пары хорошо начищенных ботинок. – Майрон снова просмотрел список звонков. – Я гляжу, еще один номер подчеркнут голубым?
Она кивнула:
– Да. Вы говорили про старого друга, Билли Ли Пэлмса.
– Это его номер?
– Нет. Мистера Пэлмса я не нашла. Его нет в телефонном справочнике. И он уже четыре года не платил налоги.
– Тогда чей это номер?
– Его родителей. Мистер Хейд звонил им пару раз в последний месяц.
Майрон проверил адрес. Уэстчестер. Как-то он видел родителей Пэлмса во время Семейного дня в Дьюке. Посмотрел на часы. Дорога займет около часа. Майрон взял пиджак и зашагал к лифту.
Глава 13
Полиция конфисковала «форд-таурус» Майрона, поэтому он арендовал темно-бордовый «меркури-кугар». Неотразимое сочетание. Радио в машине было настроено на «Лайт-ФМ 106,7». Патти Лабелль и Майкл Макдоналд мурлыкали грустную песенку «Сами по себе». Они могли бы стать чудесной парой, но увы. Печаль, тоска. Майкл Макдоналд слезливо тянул: «В разводе мы-ы-ы, хоть не были женаты…»
Майрон покачал головой. И ради этого Майкл Макдоналд ушел из «Дуби бразерс»?
В колледже Билли Ли Пэлмса считали типичным плейбоем. Он был одним из тех смазливых мачо – отличная стрижка, вкрадчивые манеры, бездна обаяния, – которые неотразимо действуют на первокурсниц. Однокашники метко прозвали его Оттером в честь известного киноперсонажа, лживого херувимчика из «Зверинца». Кроме того, Пэлмс оказался отличным бейсболистом – кэтчером, на полгода взлетевшим в высшую лигу и проторчавшим на скамейке запасных у «Балтимор ориолз» в тот сезон, когда они выиграли мировую серию.
Но это было давно.
Майрон постучал в дверь. Через секунду она распахнулась настежь. Вот так, запросто. Чудеса. В наше время тебя обычно долго разглядывают через «глазок» или щелку над дверной цепочкой и уж по крайней мере спросят: «Кто там».
Женщина, смутно напомнившая ему миссис Пэлмс, спросила: «Да?» Она была невысокого роста, с маленьким ртом и выпученными глазами, которые, казалось, кто-то пытался выдавить изнутри. Волосы она стянула назад, но несколько прядей выбилось и рассыпалось на лбу. Хозяйка всей пятерней откинула их обратно.
– Вы миссис Пэлмс? – спросил он.
– Да.
– Меня зовут Майрон Болитар. Я учился с вашим сыном в Дьюке.
Она понизила голос:
– Вы знаете, где Билли Ли?
– Нет, мэм. А что, он пропал?
– Заходите. – Женщина нахмурилась и отступила назад.
Майрон вошел в прихожую. Миссис Пэлмс уже шагала по коридору. Не оборачиваясь она на ходу махнула ему рукой:
– Идите в свадебный зал Сары. Я сейчас подойду.
«В свадебный зал Сары?»
Майрон двинулся в указанном направлении. Повернув за угол, он невольно ахнул. Свадебный зал Сары. Нет, мебель здесь была самая заурядная, купленная на распродаже. Грязновато-белая кушетка и угловой диванчик такого же цвета: предложение месяца, шестьсот девяносто пять долларов за комплект, кушетка выдвигается, как софа, и все такое. Посередине стоял кофейный столик из поддельного дуба, на краю стопка глянцевых журналов, в центре искусственный букет и пара книг того же «кофейного» пошиба. На полу красовался светло-бежевый ковер, а по углам – два торшера из супермаркета.
Но стены – другое дело.