После третьего гудка в трубке раздался голос автоответчика. Джессика оставила сообщение и решила заняться ящиками отцовского стола. В этот момент ее окликнули:
— Джессика.
Она оглянулась. В дверях стояла мать. На ее осунувшемся лице глаза казались просто огромными. Было заметно, что Кэрол едва держалась на ногах.
— Что ты здесь делаешь? — спросила мать.
— Так, осматриваюсь, — ответила Джессика.
Кэрол слабо кивнула.
— Что-нибудь нашла?
— Пока нет.
Кэрол уселась в кресло, глядя прямо перед собой невидящими глазами. Ее пальцы зашевелились, перебирая четки, но взгляд по-прежнему был устремлен куда-то в пространство.
— Кэти всегда улыбалась. У нее была такая чудесная, счастливая улыбка, озарявшая любую комнату, куда бы она ни входила. Вы с Эдвардом были намного серьезнее. Но Кэти… Кэти улыбалась всем и всему. Помнишь?
— Да, — ответила Джессика. — Я помню.
— Отец любил подшучивать над ней и часто говорил, что Кэти — прирожденный капитан команды болельщиц. — Кэрол усмехнулась своим воспоминаниям и добавила: — Ничто не могло испортить ей настроения. — Внезапно она запнулась, улыбка сбежала с ее лица. — Кроме меня, конечно.
— Кэти любила тебя, мама.
Кэрол глубоко вздохнула. Ее грудь тяжело вздымалась. Похоже, даже дыхание давалось ей с большим трудом.
— Я была строга с вами, девочками. Боюсь, чересчур строга. Я ведь человек старомодных взглядов.
Джессика промолчала.
— Я не хотела, чтобы ты и твоя сестра… — Кэрол опустила голову.
— Что?
Мать нервно затеребила четки. В комнате надолго воцарилось молчание.
— Ты была права. Кэти действительно изменилась, — нарушив тишину, сказала Кэрол.
— Когда?
— Когда она училась в выпускном классе.
— А что произошло?
Из глаз Кэрол брызнули слезы. Она беззвучно шевелила губами, стараясь что-то сказать, ее руки беспокойно шарили по подлокотникам кресла.
— Улыбка, — произнесла она наконец, пожав плечами. — Ее улыбка куда-то исчезла.
— Отчего?
Кэрол вытерла слезы. Ее нижняя губа дрожала. Сердце Джессики сжалось, однако она взирала на мучения матери с пугающим равнодушием, как будто перед ее глазами разыгрывалась слезливая мелодрама из числа тех, что показывают вечерами по кабельному телевидению.
— Я не хочу терзать тебя, — сказала Джессика. — Я лишь хочу отыскать Кэти.
— Я знаю, милая.
— Мне кажется, что исчезновение Кэти как-то связано с переменами в ее характере, — продолжала Джессика.