Грейди вновь скрестил руки на груди.
— Я не стану терпеть подобные оскорбления. Наш разговор закончен.
Гэри произнес эти слова типичным учительским тоном. Учителям свойственно забывать, что настоящая жизнь — это не урок в классе.
— Что ж, действуй, — сказал Майрон Уину.
— С удовольствием.
Грейди был ниже Уина примерно на два дюйма. Он поднялся на цыпочки, вперил в лицо соперника уничтожающий взгляд и сказал:
— Я вас не боюсь.
— А зря.
Уин метнулся вперед так быстро, что его движение не смогла бы зафиксировать никакая видеокамера. Схватив Грейди за руку, он выкрутил ее, и тот повалился на кафельный пол. Уин надавил коленом его локоть — мягко, стараясь не причинять сильной боли, а лишь давая понять, кто тут хозяин.
— Черт побери, — пробормотал он.
— Что случилось?
— Оба толчка начищены до блеска. Я не могу работать в таких условиях.
— У тебя есть что туда добавить? — спросил Майрон.
Гэри побледнел.
— Пообещайте, что будете держать язык за зубами, — выдавил он.
— Ты скажешь правду?
— Да, но только если вы поклянетесь, что будете молчать.
— Ладно. — Майрон кивнул Уину.
Уин отпустил Грейди, и тот принялся баюкать руку, словно плачущего ребенка.
— У нас с Кэти была интрижка, — сказал он.
— Когда?
— Когда она училась в старшем классе. Мы встречались несколько месяцев, потом все кончилось. С тех пор я ее не видел. Клянусь.
— И это все?
Гэри кивнул.
— Я ничего больше не знаю. Фотография Кэти в журнале — не моих рук дело.
— Если ты лжешь…
— Нет, не лгу. Клянусь Всевышним.
— Ладно, — отозвался Майрон. — Можешь идти.
Грейди торопливо покинул туалет, даже не задержавшись у зеркала, чтобы поправить волосы.
— Вот подонок, — сказал Майрон. — Совращает учениц, занимается порнографией по телефону.