– Я подумаю.
– Для меня это важно, Майрон.
– Ладно, почему бы нет.
– Во-вторых, я не хочу повышения зарплаты.
– Правда?
– Да.
– Старый прием, Эсперанса, но действует безотказно. В самом деле, я уже собирался поднять тебе зарплату, но теперь не дам ни цента. Так и быть, сдаюсь.
– Опять ты за свое.
– За что?
– Шутишь, когда я говорю серьезно. Ты не любишь перемен, Майрон, вот почему до последнего времени жил вместе с родителями. Вот почему до сих пор крутишь роман с Джессикой, хотя тебе давно бы следовало ее забыть.
– Сделай одолжение, – устало произнес Майрон, – избавь меня от любительского психоанализа, ладно?
– Я констатирую факты. Тебе не нравится что-то менять.
– А кому нравится? К тому же я люблю Джессику. Сама знаешь.
– Хорошо, ты ее любишь, – сухо отозвалась Эсперанса. – Ты прав, мне не стоило затрагивать данную тему.
– Отлично! Мы закончили?
– Нет. – Эсперанса перестала теребить соломку. Она закинула ногу на ногу и скрестила руки на груди. – Мне трудно об этом говорить.
– Может, перенесем на другой раз?
Она закатила глаза:
– Ни в коем случае. Я хочу, чтобы ты меня выслушал. Выслушал по-настоящему.
Майрон замолчал и слегка подался вперед.
– Я не требую увеличения зарплаты, потому что не желаю на кого-то работать. Мой отец всю жизнь прислуживал разным идиотам. Мать убирала чужие дома. – Эсперанса остановилась, проглотила комок в горле и глубоко вздохнула. – Меня это не устраивает. Я не собираюсь тратить жизнь, работая на других.
– В том числе и на меня?
– А разве ты не относишься к «другим»? – Она покачала головой. – Господи, иногда ты просто не слушаешь.
Майрон открыл рот и закрыл.
– Тогда я не понимаю, к чему ты клонишь.
– Я намерена стать совладельцем фирмы.
Он скорчил физиономию:
– «МБ спортпред»?
– Нет, «Ай-би-эм». Конечно, «МБ спортпред»!
– Но она называется «МБ», – заметил Майрон. – «М» значит Майрон. «Б» – Болитар. А тебя зовут Эсперанса Диас. Я же не могу переделать ее в «МБЭД». Звучит по-дурацки.