— А полиция на что? Насколько я слышала из новостей, у них есть подозреваемый.
— Я не доверяю представителям правопорядка, — отозвался Болитар.
— Правда?
— Именно поэтому и решил помочь.
— А не в другом ли причина?
— Что?
— У вас скорее комплекс Дон Кихота. Таким людям нравится играть в героев и представлять себя рыцарем в сияющих доспехах.
— Давайте отложим анализ моей личности на потом.
Доктор пожала кукольными плечами.
— Просто выражаю свое мнение. Дополнительная плата за него не взимается.
— Чудесно! — «Дополнительная плата»? — Боюсь, полиция подозревает не того человека.
— Правда?
— Поэтому и пришел к вам за помощью. Наверное, Валери рассказывала, как ее преследовал Роджер Куинси. Она считала его опасным?
— Повторяю в последний раз: я не стану ни подтверждать, ни отрицать…
— Я спрашиваю вовсе не об этом, а о Роджере Куинси. По отношению к нему у вас нет никаких обязательств.
— Я не знакома с этим человеком.
— А как насчет экспресс-анализа, вроде того, что вы провели со мной?
Доктор покачала головой.
— Извините, не могу.
— Неужели нет способа вывести вас на откровенность?
— О пациентке? Ни единого.
— А если я получу согласие родителей?
— Не получите.
Майрон попытался проанализировать ситуацию. У доктора Абрамсон ему учиться и учиться: кукольное лицо непроницаемое, но ведь сказанного не вернешь.
— Откуда вы знаете?
Психиатр молчала. Огромные глаза внимательно изучали пол. Майрону показалось, что ошибка была намеренной.
— Они звонили вам, верно?
— Я не имею права обсуждать разговоры, которые веду…
— Звонили родственники Валери и велели держать язык за зубами.
— Я не стану ни подтверждать…