Супруги обменялись взглядами.
– А в чем дело? – снова спросил Хойт.
– Это касается текущего расследования.
– Какого еще расследования? Нашей дочери нет в живых уже восемь лет. Ее убийца давно сидит в тюрьме.
– Пожалуйста, детектив Паркер, давайте сотрудничать. Мы ведь все в одной лодке.
В комнате наступила мертвая тишина. Тонкие губы Ким задрожали. Хойт посмотрел на жену и кивнул.
Карлсон сфокусировал взгляд на Ким.
– Миссис Паркер, как бы вы описали отношения между вашей дочерью и ее мужем?
– Дети были очень близки, очень любили друг друга.
– И никаких проблем?
– Никаких.
– Вы можете назвать вашего зятя агрессивным человеком?
Ким пораженно взглянула на Карлсона:
– Нет.
Сыщики посмотрели на Хойта. Тот кивком выразил согласие со словами жены.
– Не было случая, чтобы он ударил вашу дочь?
– Что?!
Карлсон попробовал мило улыбнуться.
– Вы не могли бы просто отвечать на вопросы?
– Никто, – сказал Хойт, – никогда не бил мою дочь.
– Вы уверены?
– Абсолютно.
Карлсон снова поглядел на Ким:
– Миссис Паркер?
– Они обожали друг друга.
– Я понимаю, мадам, да только многие любители помахать кулаками клянутся, что обожают своих жен.
– Дэвид никогда не трогал Элизабет.
Хойт перестал расхаживать по комнате, остановился перед детективами и спросил:
– Чего вы, собственно, добиваетесь?
Карлсон взглянул на Стоуна.