Хотя им была известна группа крови, результаты ДНК-теста, который должен был дать однозначный ответ, действительно ли кровь, обнаруженная в багажнике машины, принадлежала Тому Дуглассу, еще не пришли. Для того чтобы задержать ее, этого недостаточно.
Впрочем, они подобрались уже совсем близко. Времени почти не было.
Кирс вызвался отвезти ее домой. На этот раз Майя приняла его предложение. Первые минут десять поездки оба молчали. Наконец Кирс нарушил молчание:
– Майя?
Она смотрела в окно и думала о Кори Радзински, человеке, который в определенном смысле заварил всю эту кашу. Это Кори выложил в Интернет видеозапись воздушного боя, которая положила начало крутому пике в ее жизни. С другой стороны, если копнуть еще глубже, можно добраться до действий Майи во время того вылета и вообще до ее решения пойти в армию, раз уж на то пошло. Но на самом деле, если что-то и стало началом конца ее мира и непосредственно привело к гибели Клер и Джо, так это публикация этой чертовой видеозаписи.
Неужели она стала пешкой в игре Кори Компроматчика?
Майя так отчаянно пыталась завоевать его доверие, что совсем забыла о том, что, наверное, не слишком разумно доверять человеку, который столько сделал, чтобы уничтожить ее. Ей вспомнились его слова. Кори сказал, что Клер сама вышла на него, что она связалась с ним через его сайт в Интернете. Майя проглотила это объяснение. Но было ли оно правдой? Если задуматься? С одной стороны, казалось вполне правдоподобным, что Клер могла выйти на Кори и помешать ему выложить аудиозапись. Но столь же правдоподобным, если не более, казалась возможность того, что это Кори вышел на Клер и, откровенно шантажируя ее этой записью, вынудил собирать компромат на Беркеттов и принадлежащую им «ЕАС фармасьютикалс».
Неужели все то, что Кори говорил Майе, тоже было манипуляцией? Неужели он нарочно подстроил все так, чтобы повесить на нее убийство Тома Дугласса?
– Майя? – повторил Кирс.
– Что?
– Вы с самого первого дня мне врали.
Майя решила, что с нее хватит. Пришло время поменяться с ним ролями.
– Каролина Беркетт утверждает, что вы получаете взятки от семьи Беркетт.
Кирс почти улыбнулся:
– Это ложь.
– В самом деле?
– Да. Вопрос только в том, солгала ли вам Каролина Беркетт. – Он на мгновение оторвался от дороги и бросил быстрый взгляд на Майю. – Или это вы сейчас лжете, чтобы запудрить мне мозги.
– Похоже, с доверием в этой машине не очень хорошо?
– Что есть, то есть, – согласился Кирс. – Но у вас почти не осталось времени, Майя. Ложь невозможно похоронить. Можно попытаться скрыть ее, но она всегда найдет способ выйти наружу.
– Исключительно глубокая мысль, Кирс, – кивнула Майя.
– Да уж, мощно задвинул! – фыркнул он.
Они свернули на подъездную дорожку к ее дому и остановились. Майя попыталась открыть дверцу машины, но она оказалась заблокирована. Майя посмотрела на Кирса.
– Я докопаюсь до правды, – пообещал он. – Надеюсь только, что вы тут ни при чем. Но если это не так…
Майя ждала, когда щелкнут замки. Едва раздался щелчок, она распахнула дверцу и ушла, не удосужившись ни попрощаться, ни сказать спасибо. Войдя в дом, Майя удостоверилась, что двери надежно заперты, и лишь после этого двинулась по темной лестнице вниз.
Подвал некогда играл роль шикарной «холостяцкой берлоги» – три плоскоэкранных телевизора, барная стойка из дуба, холодильник для вина, бильярдный стол, два автомата для игры в пинбол, – но Джо постепенно переоборудовал его в игровую для Лили. Панели темного дерева сняли, стены выкрасили белой краской. Джо раздобыл где-то наклейки с героями из мультиков про Винни-Пуха и про Мадлен в натуральную величину и оклеил ими все стены. Барная стойка по-прежнему оставалась на своем месте, хотя Джо обещал, что избавится и от нее тоже. Майе, впрочем, было все равно. В дальнем углу стоял большой пластмассовый домик, который Джо купил Лили в «Тойз-Эр-Ас» на шоссе номер семнадцать. Он был сделан в виде миниатюрного замка («для воспитания мужского начала», как заявил Джо), с небольшой кухонькой («для воспитания женского начала», как он собирался сказать, но, к счастью, инстинкт самосохранения возобладал), настоящим дверным звонком и окошком со ставнями.
Майя направилась прямиком к оружейному шкафу. Пригнувшись, она взглянула на спуск в подвал, хотя и так знала, что в доме одна, потом прижала палец к стеклянной пластине. Конструкция предполагала возможность запомнить тридцать два различных отпечатка, но на практике они ограничились отпечатками ее самой и Джо. Майя думала добавить отпечаток Шейна, чтобы у него тоже был доступ к ее оружию на случай, если у него или у нее возникнет такая необходимость, но все как-то не доходили руки.
Послышались два щелчка: ее отпечаток был опознан, и сейф открылся. Майя повернула ручку и открыла металлическую дверь.
Она вытащила «Глок-26», после чего – ради собственного спокойствия – в очередной раз убедилась, что все остальное оружие по-прежнему находится на своих местах, никто не побывал здесь и ничего не забрал.
Нет, она не верила в то, что Джо жив, но при текущих обстоятельствах нужно быть совсем уж упертой сумасшедшей, чтобы полностью сбрасывать со счетов такую возможность.
Майя один за другим вытащила пистолеты и, хотя совсем недавно уже проделывала все это, снова осмотрела и тщательно вычистила каждый. Это был ее неизменный ритуал. Всякий раз, когда Майя брала в руки пистолет, она в обязательном порядке заново перепроверяла и чистила его. Эта параноидальная черта в отношении оружия, возможно, спасла ей жизнь.