Значит, все-таки Шейн.
Ву ни за что не поверит, если она станет утверждать, что приступы больше не повторялись.
– Было несколько, – бросила Майя.
– Не хотите рассказать мне о них?
– Я их контролирую.
– Это неожиданно.
– Что?
Ву вздернул бровь.
– Не думал, что вы попытаетесь возобновить наши с вами отношения со лжи.
Туше.
Ву вкрадчиво улыбнулся. Майя уже собиралась выставить его за дверь, как вдруг вспомнила перепуганное личико Лили, каким она увидела его сегодня утром. На глазах у нее, к собственному изумлению, выступили слезы. Майя повернулась к Ву спиной и попыталась подавить их.
– Майя?
– Мне нужно сделать так, чтобы они прекратились. – Она сглотнула тугой ком, застрявший в горле.
– Что произошло? – Ву придвинулся чуть ближе.
– Я напугала собственного ребенка.
Майя рассказала ему о событиях прошлой ночи. Ву слушал, не перебивая. Когда она закончила, он сказал:
– Возможно, придется сменить вам препарат. В последнее время у пациентов со схожими симптомами я добился хороших результатов, назначая серзон[268].
Майя больше не доверяла собственному голосу, поэтому молча кивнула.
– У меня есть небольшой запас в машине. Если вы не против.
– Спасибо.
– Не за что. – Он придвинулся еще ближе. – Могу я высказать вслух одно наблюдение?
– Почему нельзя просто дать мне лекарство и оставить в покое? – нахмурилась Майя.
– Простите, Майя, бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
– Я так и поняла. Ладно, что там у вас?
– Вы никогда раньше не признавали, что нуждаетесь в помощи.
– Очень тонкое наблюдение.
– Это еще не наблюдение.
– А-а…
– Вы наконец-то признали это! – провозгласил Ву. – Чтобы защитить своего ребенка. Ради себя самой вы бы на это не пошли. Для этого понадобилась Лили.
– Да, еще одно тонкое наблюдение, – съязвила она.
[268] Серзон – антидепрессант.