«Встречался», — подумал Майрон. Как он деликатно выразился!
— Мы договорились сегодня увидеться с Рочестерами и постараться выяснить, что может объединять Кэти и Эйми.
— Хорошо. Это поможет. Послушай, мне пора идти.
— Ты позвонишь?
— Как только будут новости.
Майрон услышал, как она всхлипнула.
— Клэр?
— Уже целых два дня, Майрон!
— Я знаю. Вы можете попытаться надавить на полицию, поскольку прошло больше сорока восьми часов.
— Хорошо.
Он хотел добавить что-нибудь вроде «Держись!», но сообразил, что это прозвучит слишком уж банально, и воздержался. Попрощавшись, он повесил трубку, а потом связался с Уином.
— Излагайте!
— Господи, когда ты только перестанешь так отвечать по телефону? «Излагайте!»
Молчание.
— Этот Гарри Дэвис все еще едет в школу?
— Да.
— Я тоже выезжаю.
Ливингстонская старшая школа. Его альма-матер. Майрон завел машину. До школы было не больше двух миль, но тот, кто за ним следил, был либо уж совсем неопытен, либо не считал нужным прятаться. А может, после столкновения с Близнецами Майрон просто стал проявлять осторожность. Но серый «шевроле» не отставал от него с самого первого поворота.
Он снова позвонил Уину и услышал знакомое:
— Излагайте!
— За мной «хвост», — сообщил Майрон.
— Снова Рочестер?
— Возможно.
— Марка машины и номерной знак?
Майрон сообщил.
— Мы все еще на двести восьмидесятом шоссе, поэтому потяни время. Провези их по авеню Маунт-Плезант, я пристроюсь к ним сзади, и мы встретимся на выезде с кольца.
Майрон так и поступил. Он свернул к школе Харрисон, чтобы там развернуться. «Шевроле» проехал прямо, но когда Майрон вернулся на Ливингстон-авеню, двигаясь в обратном направлении, серый «шевроле» уже снова был сзади.
Майрон добрался до кругового движения перед школой, припарковался и вылез из машины. В этой части города не было магазинов, но в кирпичных строениях квартала кипела бурная жизнь. Здесь располагались полицейский участок, здание суда, городская библиотека, но самым оживленным местом, безусловно, была Ливингстонская старшая школа.
На площади перед ней было полно пешеходов и тех, кто решил совершить утреннюю пробежку. Основную массу составляли довольно пожилые люди, но не все — к Майрону трусцой приближалась группа из четырех очень аппетитных девушек лет двадцати.
При виде их Майрон улыбнулся и поднял бровь.