— Именно. — Она помолчала. — Чудный?
— Мне потребуется время, чтобы доехать.
— Понятно.
— И нам придется это сделать по-быстрому.
— А разве это не твой профиль?
— Ты меня обижаешь.
— Я просто пошутила. Жеребец.
— На лошадином языке это означает «Я уже мчусь».
— Вот и чудно! — подвела черту Эли.
Когда он постучал в дверь, ее открыла Эрин.
— Привет, Майрон.
За ее спиной Эли пожала плечами.
Майрон вошел в дом, а Эрин направилась на второй этаж. Эли подошла к нему и прошептала:
— Она опоздала на театральный кружок и решила не ходить вообще.
— Понятно.
— Мне очень жаль.
— Все бывает.
— Мы можем найти укромное место и пообниматься.
— И я смогу тебя потрогать?
— Я обижусь, если ты не захочешь.
Он улыбнулся.
— Что? — спросила она.
— Просто вспомнилось.
— Что именно?
— Слова, произнесенные вчера Эсперансой, — ответил Майрон. — Men tracht un God lacht.
— Это по-немецки?
— Нет, на иврите.
— И что это значит?
— «Если хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах».
Она повторила за ним.