Он посмотрел на меня, не до конца понимая, что я только что сказал, затем медленно поднялся и побрел по галерее к наполненной дымом и орошаемой водой комнате. Я спустился в гараж и выбрался из дома, осознавая, что мне крупно повезло. Исключительный случай. Мне удалось уйти с тем, что принадлежало О'Дауде. Это должно войти в историю. Он хранил даже то, что принадлежало ему, но в чем он больше не нуждался. Так же, как он хранил ее, заперев внутри себя...
Глава десятая
“Фейсл Вега” была там, где я ее оставил. Я заполз в нее, как рак-отшельник в свою раковину, и отъехал. Я еще не добрался до центральных ворот, когда пожарная машина чуть было не столкнула меня в кусты. Да, французские борцы с огнем ездят не без щегольства. Полицейская машина сделала со мной почти то же самое, когда я выезжал на шоссе. Кто-то прокричал мне что-то через открытое окно. Я не остановился. Возможно, это был Аристид Маршисси ля Доль.
Я ехал в направлении Женевы и перед моими глазами все еще стояло тающее, пузырящееся восковое лицо и проступающий сквозь него ужас. Кошмарные сны долго еще будут преследовать меня, если я не исполню свое обещание и не отправлюсь отдыхать.
Я остановился у телефонной будки и позвонил Наджибу.
— Сверток у меня, — сказал я. — Сколько вам понадобится времени, чтобы доставить Джулию?
— Нисколько.
— Через полчаса я буду ждать вас у западной стороны Собора Сан Пьер. О'кей?
— Мы будем там, и вы получите также три тысячи фунтов в качестве премиальных.
— Ты оговорился, — сказал я. — Братья Алакве всегда платят в гинеях.
— Гиней, — сказал он.
Я подъехал к собору и стал ждать.
Они прибыли через двадцать минут; значит, они держали Джулию где-то в Женеве.
Они направились ко мне веселой семейной группой — братья Алакве, мисс Панда Бабукар и Джулия.
Я стоял у машины и ждал.
Джимбо похлопал Джулию по плечу и мягко подтолкнул ее ко мне. На нем был зеленый вельветовый пиджак, черные брюки, желтая рубашка и красный галстук, на котором в высоком прыжке изогнулся большой лосось.
— Скажите ему, мисс, что мы обращались с вами уважительно и учтиво, — сказал он.
Джулия прижалась ко мне. Ей не нужно было ничего говорить. Все было написано на ее лице.
Я передал сверток Наджибу. Тот повертел его в руках, и я знал, что ему не терпится открыть его и проверить.
— Проверяй, — сказал я. — Это меня не обидит.
— Я доверяю вам, — сказал он.
Панда просигналила мне зубами и глазами и сказала:
— Ты так и не дал мне шанса. Я готова была доверить тебе все, что у меня есть. Не забывай, любимый, что когда она выбросит тебя обратно в пруд, ты всегда можешь приплыть к маме. Гав! Гав! — Она лягнула ногой, выписала пируэт и сунула мне толстый конверт.
— Американские доллары, — сказал Наджиб. — Все, что вам нужно сейчас, — уйти от руки закона.
Я покачал головой и сказал:
— Можно слегка вывернуть ее на какое-то время, но уйти от нее невозможно.
Мы отъехали, направляясь в Бонневиль, а затем в Межев.
Долгое время она молчала.
Наконец я сказал:
— Где ты хочешь остановиться, чтобы сделать покупки?