– Да, Джонни, – произнесла она с глубоким вздохом. На мгновение ее лицо, полуоткрытые губы наполнили Джона такой нежностью, что у него заныли мышцы спины.
– Не хуже, чем с Гарри?
– Да, Джонни.
– Ты помнишь, когда он гипнотизировал тебя в последний раз?
– Помню, Джонни.
– Когда это было?
– В тот вечер мы вернулись издалека.
– Это было в пятницу, за день до твоего отъезда в Италию, так?
– Да, Джонни.
– Ты хорошо помнишь тот день?
– Да, Джонни.
– Когда вы уехали?
– Рано, едва начало светать.
– Ты помнишь подробности? Что вы делали и куда ездили?
– Да, Джонни.
– Проснувшись, ты ничего не забудешь, хорошо? Ты будешь помнить ту пятницу, отвезешь меня туда, куда вы ездили, и расскажешь все, что знаешь. Слышишь, Лили?
– Да, Джонни.
– Ты уверена, Лили?
– Да, Джонни.
– И сама хочешь рассказать мне обо всем, не так ли?
– Да, Джонни.
– Хорошо, Лили. Через несколько минут ты проснешься и обрадуешься тому, чего мы добились.
Он наклонил голову и легонько поцеловал девушку в губы, а потом выключил ночник. После этого отодвинулся от нее, прислушиваясь в темноте к ее размеренному дыханию. Через несколько минут Лили зашевелилась. Он нащупал ее ладонь.
Из темноты, словно издалека, послышался ее голос:
– Получилось, Джонни?
– Получилось, Лили.
Она помолчала немного, потом заговорила, и каждое слово ее было исполнено почти томительного облегчения:
– О, Джонни… Как это было ужасно с моей стороны… ужасно… А теперь мне так хорошо… Ах, как хорошо. Но, Джонни, ты должен мне поверить… Просто обязан… Ни для кого другого я бы этого не сделала. Только для тебя, потому что я люблю тебя. Ты же знаешь это, Джонни. Правда?
– Конечно, знаю, Лили, милая. И ты знаешь, что я тебя тоже люблю.
Слова изливались сами собой, и не только потому, что Гримстер не хотел обидеть Лили, но еще и потому, что в нем жила благодарность, не позволявшая ни в чем отказывать ей. Правду он говорил или нет, не имело теперь для него никакого значения. Он добился заветного – нашел последнее звено в цепи, узнал истину об убийстве Вальды. Взамен он притворится кем угодно, лишь бы угодить Лили.