– Ударило вас вот это, мистер Мерсер. – Он поднял с пола бронзовый бюст. – Гольдони, наш выдающийся драматург. Его называют Ноэлом Кауардом[1] своего времени. А было все так: Нинетта закричала, мы с Лонго находились неподалеку и пришли. Вы лежали у постамента, рядом валялся бюст. Вам повезло, удар получился скользящий. А то мог бы убить. – Граф обратился к Минелли: – Отведите девочку домой и следите, чтобы она больше не ходила в эту часть галереи. Особенно вечером. И обойдите территорию, Лонго вам поможет. Мистер Мерсер говорит о каком-то человеке, может, к нам действительно забрался какой-нибудь вор? Проверьте.
– Нечего проверять! – бросил Лонго. – Я не верю в россказни этого человека. – Он кивнул на Мерсера. – Его нужно обыскать.
Тот улыбнулся:
– Обыскивайте. Ищите у меня в карманах ценный фарфор. Впрочем, можете вызвать полицию. Я не возражаю.
Мерсер увидел, что Лонго помрачнел. Граф коснулся его руки.
– Напрасно вы так, лейтенант. Мистер Мерсер не похож на грабителя, и я уверен, ему можно доверять.
Лонго пожал плечами и последовал за Минелли. Мерсер встал.
– Спасибо. Очень любезно с вашей стороны. – За спиной графа находилась дверь в мастерскую. Если шанс увидеть Паоло Серва упущен, то, может, удастся посмотреть на гобелен. – Уверяю вас, я видел человека в этом дверном проходе. – Он двинулся в сторону мастерской. – Давайте заглянем, вдруг он еще там.
Граф последовал за ним.
– Хорошо. Хотя я уверен, что мастерская пуста. Вы просто столкнулись с бюстом Гольдони.
– В мастерской горел свет. Я не мог ошибиться.
Гобелен был уже закончен. В комнате пахло какой-то химией. Из крана в углу в раковину капала вода.
– Здесь никого нет. – Граф рассеянно скользнул взглядом по гобелену.
– Кажется, да. – Мерсер остановился. Стало ясно, что гобелен выполнен по эскизу Паоло Серва. Были, конечно, расхождения в деталях, но несущественные. Это работа Паоло Серва. Не исключено, что и ссадина на лбу Мерсера тоже его рук дело.
Он невольно залюбовался работой. Там присутствовали те же твердые линии, что и на рисунке, подаренном ему в Мираве бывшим мэром Креспи. Замечательная райская птица и все остальное.
– Это надо смотреть днем, – произнес граф. – Электрический свет искажает цвета. Однако вы убедились, что мастерская пуста.
Они вернулись в зал восковых фигур, откуда граф повел его к выходу.
– Мистер Мерсер, надеюсь, вы не возражаете воспользоваться моим личным выходом? Минелли парадную дверь уже запер, а идти его искать нет смысла.
Они поднялись по лестнице в кабинет графа.
– Вы бледны, мистер Мерсер. Выпьете бокал вина? – Бориа поднял графин.
Пока они пили, граф разглядывал Мерсера, вспоминая, что́ о нем известно. Частный детектив, неудачник, потрепан жизнью, фактически инструмент, который люди покупают, когда требуется. Человек без принципов, иначе бы не занимался подобной работой. Человек, чью преданность можно купить за деньги. Такого не составит труда убрать, если он станет помехой.
– Кто сделал эскиз для гобелена? – спросил Мерсер.
– Надо спросить у синьорины Медова. Она у нас заведует производством. Интересная вещь, правда? Напоминает картину Руланта Сарвея «Пейзаж с птицами», которая, по-моему, находится в Музее истории искусств в Вене.
Зазвонил внутренний телефон на столе. Граф снял трубку, поговорил, затем повернулся к Мерсеру:
– Это Минелли. Они обошли весь палаццо, посторонних нет.
Мерсер кивнул:
– Наверное, мне почудилось.
Граф улыбнулся и, сняв с вешалки плащ, двинулся к дальней стене кабинета, обшитой, как и остальные, темными ореховыми панелями.
– Как долго вы пробудете в Венеции?
– Неделю, может, чуть дольше.
[1] Английский драматург, актер, композитор и режиссер. – Здесь и далее примеч. пер.