Урсон почесал затылок.
— Если выбирать между Змеем и кем-то еще, лучше взять Змея. Эй, Четыре Руки, я должен задать тебе трепку. — Он помолчал и засмеялся. Надеюсь, у меня еще появится такая возможность. Иногда ты доставляешь больше хлопот, чем ты того стоишь.
— Кстати, где ты был? — спросил его Гео. Он положил руку на плечо мальчика. — Ты весь мокрый.
— Снова наши водные друзья? — предположил Урсон.
— Возможно, — сказал Гео.
Змей протянул свою руку Гео.
— Что такое? А, ты не хочешь держать их у себя?
Змей закивал головой.
— Ладно, — сказал Гео. Он взял камни и снова повесил их себе на шею.
— Так вот какая сила заключена в наших камнях, — сказал Йимми.
— Гораздо большая, — сказал ему Гео. — Почему бы тебе не взять один из них, Йимми. Может, лучше не хранить их вместе.
Йимми пожал плечами.
— Пожалуй, для тебя это многовато. Я понесу один.
Гео снял с себя цепь с платиновой клешней и повесил ее на шею Йимми.
Когда они пересекали пятна света, каменный глаз мигал на его черной груди.
Змей кивком пригласил их следовать за ним. Они задержались лишь для того, чтобы подобрать мечи среди испепеленной тьмы. Когда они обогнули угол разрушенного здания, Гео поискал глазами труп, который они там оставили, но он исчез.
— Куда идем? — спросил Урсон.
В ответ Змей только сделал знак идти дальше. Они приблизились к сломанному цилиндру, и Змей вскарабкался по куче мусора к черной дыре, той самой, из которой выпрыгнул оборотень. Остальные с опаской последовали за Змеем.
У двери Змей приподнял камень с шеи Гео и подержал его на весу.
Камень засветился, зелено-голубой свет проник во все уголки и щели разрушенного входа. Войдя, они оказались в коридоре с рядами металлических остовов двойных сидений, обивка которых либо сгнила, либо ее растащили звери в свои норы. Клочья ткани свисали с окон, большинство из которых было разбито. На металлическом полу валялись ветки и прочий мусор. Они прошли между сидениями в дальний конец и оказались у двери. На стенах кое-где сохранились еще полустертые надписи. В одном месте Гео различил лишь несколько букв на белой эмали изъеденной ржавчиной таблички:
— Тебе знаком этот язык? — спросил Йимми.
— Не могу понять, — ответил Гео.
Дверь, у которой они остановились, была приоткрыта, и Змей распахнул ее.
Что-то проскочило сквозь разбитое окно. Свет камня проник в соседнее помещение, и они увидели два сидения, выдернутые из креплений. Лианы затянули переднее окно, в раме которого сохранилось лишь несколько осколков стекла. Два скелета, одежда на которых давно истлела, но сохранились серебряные шлемы и металлические кольца на ногах и запястьях, упали с сидений... возможно, пятьсот лет назад. Змей обратил их внимание на ряд разбитых стеклянных дисков перед сломанными сидениями.
— Радио... — услышали они мысленно.
Он нагнулся и извлек из хаоса, царившего на полу, кусок ржавого металла.
— Пистолет... — сказал он, показывая его Гео.
Спутники Змея стали изучать его.
— Для чего это? — спросил Урсон.
Змей пожал плечами.