Старый альбом: читать начало книги онлайн

После войны в 1945-ом без копейки денег, в кирзачах и фуфайке явился в приемную комиссию Киевской консерватории и был зачислен на вокальное отделение в класс Ивана Паторжинского, выдающегося украинского певца. Голодал, ночевал иногда просто в беседке на улице. Про одежду и говорить нечего.

Вот тогда-то на Дмитрия Гнатюка обратил внимание Григорий Веревка, руководитель знаменитого украинского народного хора. Взял к себе в коллектив, даже зарплату выплатил за два месяца вперед, что поддержать. Именно в те два месяца хор Веревки пригласили в Москву, на концерт по поводу юбилея Сталина. После концерта в Большом театре к Веревке подошел чиновник и попросил дать солиста на закрытый концерт — исполнить несколько украинских песен. Веревка предложил Гнатюка. Так студент третьего курса Дмитрий Гнатюк пел перед самим Сталиным знаменитую «Дывлюсь я на небо».

В 1951 году Гнатюк закончил Киевскую консерваторию и стал солистом Киевского театра оперы и балета, в котором начал выступать ещё студентом с 1948 года и с которым не расставляя уже больше никогда. В 1988-ом Дмитрий Михайлович стал художественным руководителем и главным режиссёром этого главного театра Украины. А параллельно с исполнением на сцене ведущих партий в самых крупных постановках театра — выступления с сольными программами, записи в студии, на радио и телевидении, гастрольные поездки по всему миру.

Как-то в середине 1970-х во время трехмесячных гастролей по странам Африки вождь местного племени туарегов, семья которого состояла из 150 жен и бесчисленного количества детей, был настолько впечатлен пением Дмитрия Гнатюка, что решил подарить певцу дочь от своей самой любимой жены. Отказываться было неудобно, брать же такой подарок советскому человеку и подавно было нельзя. Так что певец тогда пообещал заехать за девочкой в конце гастролей… и обманул…

А после завершения сольной программы в знаменитом концертном зале Корнеги-Холл в Нью-Йорке публика устроила овации и требовала петь «на бис». Дмитрий Гнатюк начал выполнять просьбы публики, пока это пение «на бис» не переросло в полноценное третье отделение. Закончив петь, певец ушел в гримерку. Но толпа зрителей бросился за ним брать автографы. Дверь не выдержала и сломалась. Импресарио, который ангажировал этот концерт, потом жаловался, что ему пришлось платить дополнительно — за время третьего отделения и поломанные двери…

Подобную картину невероятного ажиотажа можно было наблюдать во время выступлений певца в Канаде и Польше, в Болгарии и Японии, в США и, конечно, дома в Советском Союзе.

Еще одно произведение в исполнении Дмитрия Гнатюка на многие годы стало знаковым в 1960-е годы. Это украинская народная «Песня про рушник». В свое время была одной из любимых песен тогдашнего первого человека в государстве — генерального секретаря ЦК КПСС Никиты Сергеевича Хрущева. Это он в 1960 году присвоил Гнатюку звание Народного артиста СССР. А песню во время званных мероприятий, где приходилось петь Гнатюку, слушал не меньше трех раз подряд…

Для самого Дмитрия Михайловича эта песня была в какой-то мере автобиографичной. Когда-то и его, восемнадцатилетнего хлопца-парубка также провожала в незнакомую трудную взрослую жизнь мать, обычная трудолюбивая украинская крестьянка. А потом не скрывала перед односельчанами гордости за то, что её Митрик стал таким знаменитым человеком. Он же непременно два раза в год навещал родное село на Буковине. Но когда матери не стало Дмитрий Гнатюк исключил «Песню про рушник» из своего сольного репертуара — как признавался сам артист, просто боялся расплакаться.

И именно в тот период у него был запланирован сольный концерт в Ленинграде. В программе «Песни про рушник» не было. Но уже после первого отделения концерта публика начала кричать: «Браво! Бис!» И скандировать: «Руш-ник! Руш-ник!» Дмитрий Михайлович поклонился и пошел за кулисы. Не успел зайти в гримерку, как вслед влетела женщина и стала просить, чтобы спел «Рушник». Гнатюк объяснил, почему не может ее петь. Помолчав минуту, женщина упала на колени, говоря: «Мы все просим… Весь зал… В память о вашей матери, спойте». Певец не выдержал. Второе отделение начал с «Рушника». Зрители поднялись и слушали песню стоя. Потом устроили овации. Пришлось петь ее еще раз…

С его любимой Галей, студенткой-первокурсницей филологического факультета Киевского университета, Дмитрий Гнатюк познакомился еще во время учебы в консерватории. Он снимал угол у одной женщины. Позже певцу дали комнату в общежитии, Дмитрий съехал, но к хозяйке по старой привычке захаживал. Однажды ему открыла дверь красивая девушка — неприветливо ответив, что хозяйки нет, она захлопнула перед Гнатюком двери. Парень ей тогда понравился. А как иначе? Красавец он был писаный. Но разговаривать с незнакомцами она была не склонна, так как на один вечер взяла в университетской библиотеке старинное издание «Божественной комедии» Данте и собиралась его одолеть. Дмитрий же женским вниманием избалован всегда, поэтому такое поведение симпатичной девушки его зацепило. Он все про девушку разузнал, а после позвал на свидание.

Вскоре они поженились, и у них родился сын Андрей. С тех пор и жили вместе — больше шести десятков лет. Галина Макаровна — доктор филологических наук, всю жизнь проработала в Институте языковедения Национальной академии наук Украины. В 1983 году стала лауреатом Государственной премии СССР за создание 11-томного словаря украинского языка. Сын Андрей пошел по стопам матери — он филолог, переводчик с французского. Жили в Киеве, хотя предложения переехать в Москву поступали множество раз — и, как можно догадаться, от самых влиятельных лиц страны. Но Дмитрий Гнатюк оставался верен Украине.

Присутствие в репертуаре певца на протяжении всей творческой деятельности огромного количества украинских народных и тех, что давно стали народными песен, неслучайно. Дмитрий Михайлович всегда ощущал себя именно украинцем. Поэтому и не перебрался в российскую столицу, где сулили златые горы. В советское время сторонился ура-патриотических произведений. В юности его два раза исключали из комсомола. Первый раз — когда спел на академическом концерте казацкую думу «Веет ветер», спокойную, грустную, без революционных призывов. Тогда даже намека на мысли о свободе было достаточно. Второй раз — когда крестил в церкви новорожденную дочку своего друга. Для меньшей огласки договорился с батюшкой осуществить таинство крещения рано утром, но все равно на них донесли. Так что, судя по всему, хватало у Дмитрия Михайловича неприятностей за приверженность так называемому «украинскому национализму»…

А уже после распада Советского Союза в новой Независимой Украине Гнатюку было присвоено знание народного артиста Украины.

Умер Дмитрий Гнатюк 29 апреля 2016 года.

«ГОЛУБОЙ ОГОНЁК»: телепрограмма, ставшая символом

Телепрограмма «Голубой огонек» (1962)

Елка, Дед Мороз, шампанское, cалат «Оливье», мандарины, подарки — какие еще у нас символы Новогоднего праздника? Ах, да! Неизменный «Голубой огонек» по телевизору. Сегодняшний «Голубой огонек» на канале РТР так не похож на степенные разговоры, сдержанные шутки и неторопливые ритмы этой телепередачи прошлых десятилетий. Собственно, в ее истории программы так или иначе отражается история страны и народа.

В апреле 1962 году Всесоюзное телевидение показало передачу «Телевизионное кафе». Потом она стала называться «На огонек», потом «На голубой огонек» и, в конце концов, просто «Голубой огонек». Сначала «Огоньки» шли чуть ли не еженедельно. В дальнейшем их стали приурочивать к праздничным советским дата — Дню космонавтики, 8 Марта, 1 Мая, 7 ноября и, конечно, Новый год.

Версия, как появился «Огонек», такая: в 1962 году главному редактору музыкальной редакции позвонили из ЦК КПСС и попросили придумать музыкально-развлекательную программу. Тогда, в начале 1960-х, власть поняла значимость телевидения. В 1960 году вышло постановление ЦК «О дальнейшем развитии советского телевидения», в котором это самое телевидение провозглашалось «важным средством коммунистического воспитания народных масс в духе марксистско-ленинской идейности и морали, непримиримости к буржуазной идеологии». Поскольку примерно в этом духе надо было ухитриться придумать развлекательную передачу, то справиться с этим никто не мог. Тогда кто-то, увидев в коридоре Шаболовки молодого сценариста Алексея Габриловича, попросил его подумать, и тот согласился — правда, тут же об этом забыл. Через пару недель его вызвали к начальству. Сценарист в «популярном» состоянии «после вчерашнего», (накануне он что-то отмечал в кафе) на ходу придумал форму кабачка, куда актеры приходят после вечерних спектаклей и рассказывают забавные истории.

Первые «Голубые огоньки» шли в прямом эфире. Не от смелости руководства — записи просто не существовало. Для нынешних поющих под фонограмму, часто доморощенных артистов такое испытание могло бы стать самым знаменательным в жизни. Проверка на профессионализм! Тем более что конкурсный отбор для участия в передаче определялся не рейтингами и «экономическими параметрами», а уровнем исполнительского мастерства, идеологической составляющей и степенью лояльности к режиму.

Главными героями «Голубых огоньков» 1960-х были космонавты и передовики социалистического производства. Устраивались даже специальные «космические» «Огоньки» — после полетов. Рейтинги таких программ, наверное, тоже были космическими. Только их тогда никто не считал. Николай Месяцев, бывший председатель Гостелерадио СССР, вспоминал, что директор Куйбышевской гидроэлектростанции всегда просил его заблаговременно сообщать, когда будет «Огонек», чтобы можно было подключить два дополнительных турбогенератора. Получается, «Голубые огоньки» были первыми в прямом смысле ток-шоу.

Но в «брежневские времена» популярные телепередачи становятся искусственными, как многие новогодние елки: запись легче контролировать. «Голубые огоньки» стали снимать частями — так же как и сегодня: участники и гости сидели за столиками и хлопали исполнителю номера так, как будто они его только что видели, хотя номер записывался в другой день. Сначала на столиках стояли настоящее шампанское (или хотя бы настоящие чай и кофе) и свежие фрукты. Потом уже наливали лимонад или подкрашенную воду. А фрукты и сладости уже были из папье-маше. После того как кто-то сломал зуб, участников «Голубого огонька» предупреждали, чтобы они не пытались ничего откусить. В 1970-е массовка в зале соответствовала времени: например, за столиками могли сидеть девушки из Министерства сельского хозяйства.

При отсутствии желтой прессы и светской хроники люди узнавали о событиях в личной жизни кумиров из «Огоньков». Например, Муслим Магомаев и Тамара Синявская поженились в ноябре 1974 года и вскоре спели в новогоднем «Голубом огоньке» дуэтом. Так страна поняла, что они стали мужем и женой. Сегодня такие провокации очень модны: кто с кем, сколько пластических операций сделал, откуда костюмчик и т.п — в качестве темы для обсуждения за праздничным столом.

В 1970-е годы председателем Гостелерадио СССР был Сергей Лапин. При нем запрещалось выходить на экран мужчинам в кожаном пиджаке, в джинсах, без галстука, с бородой и усами, женщинам — в платье на шнуровке, в брючных костюмах, с декольте и с бриллиантами. Тогда «Голубые огоньки» еще принимали представители Гостелерадио и ЦК КПСС, курирующие телевидение. Таким звездам, как Пугачева, Ротару, Леонтьев, разрешалось исполнять по две и даже три песни. А вот Михаила Жванецкого видеть на телевидении до середины 1980-х категорически не желали. Впервые он появился в новогодней программе «Голубой огонек» в 1986 году — уже после ухода Лапина с поста главного теленачальника.

Многое вырезали — по разным соображениям. Например, танцор-степист Владимир Кирсанов вспоминал, как в середине 1970-х танцевал с супругой на «Огоньке» под песню Евгения Мартынова. А когда включил телевизор, увидел себя танцующего под совершенно другую мелодию. Выяснилось, что причиной была нелюбовь руководства телевидения к Мартынову, а танцору Кирсанову объяснили тогда: «Скажи спасибо, что тебя оставили в эфире».

Зато, пользуясь случаем, когда за праздничным столом все так или иначе бросали взгляды на экран телевизора, власть стала обращаться к народу в новогоднюю ночь. Правда, последний раз Брежнев лично сделал это в 1973-м. Потом народ снова поздравляли безликие ЦК, Верховный Совет и Совет Министров.

В структуре телепрограммы приоритетными были два любимых жанра власти — цыганский романс и оперетта. Сценарий «Голубого огонька» строился по определенной схеме: сначала классика, потом народные песни и лишь затем эстрада. В «Голубом огоньке» возникли и первые клипы, хотя тогда никто не подозревал, что это так называется. В 80-е обычно после двух-трехчасовой передачи шел отдельным блоком «Концерт артистов зарубежной страды». Кроме того, были выступления исполнителей из соцстран. В «Голубом огоньке» возникли и первые видеоклипы, хотя тогда никто не подозревал, что это так называется. В 1980-е обычно после двух-трехчасовой передачи шел отдельным блоком «Концерт артистов зарубежной страды».

Студия программы «Голубой огонек» оформлялась в советские годы скромненько: мишурой, серпантином и шариками за 5 копеек. Как-то после эфира тогдашний главный телевизионный начальник Сергей Лапин, увидевший витражи с масками и конфетти, начал кричать на художников: «Новый год — это рубеж перехода нашей страны на новый этап социализма. Витражи должны быть с заводами, фабриками и новостройками!»

В те годы существовал обязательный отбор для участия в телепередаче. Например, среди молодых писателей-юмористов для участия в телепередаче конкурс был, как в хороший вуз: по два десятка человек на место.