Нянька для Радуги (СИ): читать начало книги онлайн

— Лен, а расскажи мне о Мире, — вдруг попросила Маша, поворачиваясь к стоящей у плиты женщине. — Ты знаешь, почему она такая… злая?

— Откуда ж мне знать? — отмахнулась та. — Может, родилась она такой змеюкой, — Лена отложила в сторону деревянную лопатку, которой перемешивала овощи в большой сковороде и снова посмотрела на сидящую на столе девушку. — Вот уж правда, змеюка, — добавила она, согласившись сама с собой. — Пока не касаешься её — она тоже тебя не тронет. Будет себе тихо шуршать, да ядом собственным захлёбываться. Но только стоит её зацепить… и всё. Мигом набросится. Я поэтому стараюсь с ней не пересекаться. Из всех в этом доме, только Семён с ней общаться может, да и то недолго.

— У всего в этой жизни есть причины, — философски ответила Маша. — А у Миры добрые глаза. Мне кажется, что вся её злость, это своеобразна защитная реакция на внешние раздражители. Этакий способ, отпугнуть тех, кто может обидеть. Всё как в живой природе.

— Ну не знаю, — отмахнулась Лена, уперев руки в бока. — Это ты у нас психолог, вот и разбирайся. По мне так Мирка наша просто кобра ядовитая. Надменная, злая, самолюбивая змея.

— А я всё равно, думаю, что она неплохая. Просто… — Маша задумалась, — нужна информация. О ней, о детстве, о её родителях, друзьях, подружках. Человек никогда не становится таким беспричинно. Знаешь, поговорка одна есть, правда, она про собак, но и к людям тоже подходит.

— Это какая?

— «Собака бывает кусачей, только от жизни собачей», — сказала Маша, спрыгивая со своего насеста.

— Это у неё-то жизнь собачья? — возмутилась женщина. — С самого рождения, как сыр в масле катается. Вася любой её каприз по щелчку пальцев исполняет. Маринка, его бывшая жена, тоже всё для Мирочки делала. И магазины ей, и всякие заграницы. Если школа — так лучшая, университет — так обязательно столичный. Захотела она машину… этот свой Мини Купер — так на следующий день тачка уже стояла у девочки под окнами, обвязанная красным бантиком.

— Это всё, конечно, хорошо, но скажи мне, есть ли у неё подружки? Часто ли они бывают в этом доме? — продолжала интересоваться Маша.

— Не видела я у неё подруг, — ответила Лена. — Раньше приезжали какие-то, но больше двух раз не появлялись. И то не удивительно. Кто же захочет дружить с такой… змеюкой?

— А парни? — поинтересовалась Мария.

— Да какие парни? Ты о чём? — усмехнулась Лена, снова возвращаясь к перемешиванию овощей в сковороде. — К ней только этот её Лёва иногда наведывается и то нечасто.

— Что за Лёва? Её молодой человек? — в глазах Марии загорелся явный интерес.

— Брат двоюродный. Маринкин племянник, — ответила женщина с ехидной ухмылкой. — Только он тут бывает исключительно, когда Василия нет. Почему-то парень его опасается и старается не попадаться на глаза, — она вдруг подалась вперёд и добавила чуть тише. — Я слышала, как отец как-то выговаривал Мире за этого Лёву. И судя по всему, братишка у Мирочки под стать своей сестрёнке. Такой же ядовитый змей.

Это стало для Мирославы своеобразным сигналом к действию. Она давно знала, что обслуживающий персонал отцовского особняка не особо её жалует, и давно приняла это как данность, поэтому и старалась держаться с ними максимально официально. Она б и в этот раз сделала вид, что ничего не услышала, если бы они не упомянули Лёву. Увы, Такого Мирослава стерпеть не смогла.

Мира искренне любила брата. И пусть многие считали его распущенным аморальным разгильдяем, но для неё он всё равно оставался самым лучшим и единственным другом. И уж тем более она не собиралась молчать, пока какая-то кухарка поливает его грязью.

Девушка решительно толкнула дверь кухни и переступила порог. В этот самый момент разговор стих, а на Миру уставились две пары удивлённых глаз.

— Елена Петровна, — начала она, одарив женщину строгим холодным взглядом. — Не могли бы вы впредь оставлять свои мысли относительно меня и моего брата при себе. Я конечно, в курсе, что вы меня терпите исключительно из уважения к моему отцу и за приличную зарплату, но… пожалуйста, в будущем не забывайте, что платят Вам не за то, чтобы вы распускали сплетни.

— Мира, я… — начала Лена, но девушка жестом остановила её и повернулась к Маше.

— А ты, — она встретила прямой взгляд сидящей на столе брюнетки, в котором сейчас отражалось одно лишь любопытство. Это сбило Миру с толку. Она мигом позабыла, что вообще хотела сказать этой выскочке, поэтому выдала то, что первое пришло в голову. — Что вообще здесь делаешь? Тебе позволили жить в гостевом домике, так и иди туда. Нечего ошиваться в доме!

— Это я её позвала, — встряла в разговор Елена. — А Маша любезно согласилась помочь мне с ужином.

— А вы разве не справляетесь сами? — холодно поинтересовалась дочь хозяина. — Может в таком случае нам стоит найти другого повара.

— Мира, пожалуйста, не злись, — вступилась Маша. — Я просто развлекала Лену рассказами…

— И расспросами, — добавила Мирослава.

— И если ты против, то я больше не переступлю порог твоего дома, — спокойным тоном продолжила девушка. — И есть мы с Максимом тоже у себя будем.

— Что за глупости? — воскликнула повариха. — Мне нет никакой разницы: готовить для одной или для троих. Так что есть вы будете здесь, — она повернулась к опешившей Мире и добавила: — Это распоряжение Василия Фёдоровича. А вам, Мирослава Васильевна, я могу накрыть в столовой.

Мира замялась. Она искренне ненавидела это огромное пустое помещение, в котором отец иногда устраивал большие ужины со своими знакомыми, друзьями и партнёрами. С самого детства, большая столовая ассоциировалась у неё с чем-то холодным, лишённым души и уюта. Да и вообще, почему это она должна прятаться в том безразмерном склепе, пока в её уютной кухне наслаждаются едой эти чужие нехорошие люди.

— Нет уж, спасибо, — отозвалась девушка. — Думаю, я как-нибудь смогу пережить их общество, — потом снова повернулась к Маше: — Но на любезность можете не рассчитывать.

— Понятно, — ровным тоном ответили Маша и отвернулась. — Я помогу накрыть на стол.

Пока остальные занимались сервировкой, Мирослава сидела на краю небольшого диванчика и делала вид, будто искренне увлечена программой о кулинарии, транслируемой на экране висящего на стене большого телевизора. На самом же деле она просто не знала, как теперь себя вести. Что говорить, как смотреть. Мире уже до чёртиков надоело, что её все вокруг воспринимают как какое-то проклятие. И она даже собралась попытаться завести разговор с притихшей Машей, но именно в этот момент в дверях появился Макс.