Но не держат колени,
А в душе лишь вина.
Так подкинь мне чеканную, я же спою —
О недавних, но давних сражения времен.
Как боролись народы, не зная за что,
Из собственных вен проливали вино.
В таверну зашёл очередной посетитель, широко открывая двери. Ледяной осенний ветер подул, разгоняя затхлый воздух, сметая салат с тарелки зазевавшегося авантюриста и капюшон с таинственного барда, открывая присутствующим молодое женское лицо с бирюзовыми волосами и черным взглядом.
— Маг проклятий! — закричал кто-то из толпы, обнажая меч.
Все подскочили, вооружились, но вскоре не смогли пошевелиться — вода, повинуясь играющему на своём инструменте барду, направилась к тем, кто проявлял признаки агрессии и сдерживал их, замерзая в ледяные оковы. Девушка-вадуон продолжала петь.
— Вы кричали: «Уроды!»
Приказали страдать!
Лишь одна помогла —
Призвала воевать!
Стал песок словно море
Красной воды,
Не вернутся уж боле
Ваши мужи.
Внимайте же, люди,
Мы не враги.
И мы не герои
Прошлой войны.
Слушайте, люди,
Был я ребенком с пустой головой.
Слушайте, люди, когда-нибудь я
Прилягу на землю, уснув навсегда.
А до тех пор я буду
По свету бродить,
Буду петь я о прошлом
И продолжать жить.
Когда певица закончила, она быстрыми шагами ушла, скрыв лицо. Один из спокойных посетителей, который тихо сидел и слушал, оставил на столе деньги за еду и пиво и пошёл следом, догнав перед стеной деревьев Древнего леса.