— Можно — только осторожно, — пошутил велк Нурс, вставая из-за стола, на котором лежал разобранный вредомер. — Заходи.
— Здравствуйте, — послышался из угла слабый голос Плюща, полулежащего на лавке и укрытого одеялом. Затем раздался кашель, не оставляющий сомнений в том, что с молодым сталкером что-то серьёзно не так.
— Привет, Плющ. Как ты? — спросила Зелма, повернув голову в его сторону и заметив при этом, что рядом с юношей сидит его мать и пытается накормить его с ложки.
— Да не очень… совсем не очень… Мам, ну не хочу я есть…
— Это да, — вздохнул Нурс, садясь обратно за стол вместе с разведчицей и вновь принимаясь за изучение внутренностей прибора. — Второй день не ест, всё кашляет, а насморк даже вроде ушёл… И температура как будто ещё поднялась…
— Может, это всё же не простуда, а что-то посерьёзней? — сказала Зелма. — Например, воспаление лёгких?
— Мы не знаем. Мы же отсталые дикари с окраинной планеты… — цинично произнёс Плющ и снова тяжело закашлялся.
Его мать оставила попытки запихнуть в сына хотя бы часть обеда, встала с его лавки и пересела за стол к мужу и разведчице.
— Я беспокоюсь… вдруг это и правда что-то… опасное… — бесцветным голосом пробормотала женщина. — Вдруг он…
— Не говори о плохом, чтобы не сбылось, — оборвал её Нурс и повернулся к Зелме: — Но в Федерации же медицина на высоте? Можете что-то посоветовать?
— Я не врач, я всего лишь капитан специальной разведки. — Зелма криво усмехнулась. — Шучу. Извините. На самом деле основы медподготовки нам вдалбливают ещё при обучении, так что кое-какими познаниями обладаю и я. Ну, что ж… думаю, это воспаление. Вот почему спреи не помогали… Конечно, это надо будет уточнить; я забью симптомы в программу диагноста из банка памяти «Би-202»… но не думаю, что сильно ошибаюсь. Если моя догадка подтвердится, придётся мне распотрошить свою аптечку разведчика…
— Спасибо вам, — тихо сказала мать Плюща. — Вы так стараетесь помочь нам… зачем?
— Плющ помог мне со сбором обломков. Теперь я должна отплатить ему за это — хотя бы антибиотиками, — ответила Зелма и перевела взгляд на вредомер. Вгляделась и проговорила: — Нурс, это то, о чём я думаю? — Велк молча кивнул. — Можно мне в таком случае переговорить с тобой наедине?
— Да, конечно, — кивнул мужчина и встал из-за стола, накидывая куртку. Сказал жене: — Скоро вернусь, — и вслед за разведчицей вышел на улицу.
Закрыл за собой дверь дома, запахнул верхнюю одежду и лишь затем обратился к Зелме:
— Я правильно понял, о чём ты подумала, увидев внутренности местного дозиметра?
— Угу. Я поначалу про них вообще не знала. Да и у тебя увидела лишь через полгода после того, как поселилась в твоей лесной хижине… Мне казалось, это какая-то местная поделка, которая измеряет уровень излучения с точностью до порядка, в которой всё сделано кустарно, — а на самом деле… Эх, и зачем я так зациклилась на сборе данных о деревне, посчитав вредомеры не стоящими внимания…
— Главное, что ты это заметила теперь. В Сталочной нельзя было изготовить такие устройства, каким бы техническим гением ни являлся отец Ласа. Значит…
— Значит, конструкция пришла на планету извне, — договорила за Нурса Зелма. — Вопрос в том — откуда.
— Может, со спутника?
Разведчица так и застыла с приоткрытым ртом. Догадка велка подействовала на неё ошеломляюще. И никакие психотренинги, которые она проходила на службе в Федерации, в данный момент не сработали.
— Возможно, — произнесла Зелма, немного придя в себя, пока Нурс выжидательно смотрел на неё. — Я уже не знаю, где проходит грань невероятного в этом деле. Версия абсурдная при обычных обстоятельствах — и очень страшная при нынешних. Спасибо, Нурс. Без тебя я…
— Да ладно, — отмахнулся велк от похвалы и вдруг усмехнулся. — Все ведь под Первосталком ходим…
Зелма хихикнула. Затем тихонько засмеялась. Наконец, поняла, что находится на грани истерики.
«Нервы сдают, — подумала она. — Пора переводиться из разведки… куда-нибудь. В конце концов, федеральный наблюдатель — тоже как бы должность…»
…Компьютер с погибшего корабля подтвердил диагноз в отношении Плюща, и уже на следующий день Зелма сделала юноше первый укол антибиотика.
Выздоровление сталкера было делом пары недель. А за это время многое могло произойти — и Плющ не имел возможности в этом поучаствовать…
* * *
Деревня Сталочная, 30-й год после Звездопада, 29-й день зимы.
Ударил мороз. Стало ещё холоднее, чем раньше. По замечаниям Зелмы, температура воздуха упала до минус двадцати градусов. В деревне никто не помнил таких морозов. Обычно зимой было около нуля, минус десять минимум, и то — в середине. А тут такое. Одежда спасала, конечно, однако все старались сидеть по домам, а выходя по необходимости на улицу, дрожали под меховыми покровами.