Похитители тел: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Не осмеливался, – сказал он с набитым ртом. – Боялся, что ты мигом меня окрутишь.

Я покраснел, но понадеялся, что в сумерках этого никто не увидит. Может, рассказать им про моих пациентов? Нет, не стоит пока. Бекки сразу захочет домой – лучше провести вечер с ней, а потом ее проводить.

– С ног валюсь, пойду лягу, – заявила Теодора, поднявшись с места. – Ты со мной, Джек? – многозначительно спросила она.

– Да, пошли, – понимающе кивнул он, допил кофе и выплеснул на лужайку осадок. – До завтра, спокойной ночи.

Я не стал их удерживать. Белайсеки ушли в дом и поднялись по лестнице, тихо переговариваясь. Интересно, Теодора вправду так устала или хочет поиграть в сваху? Очень уж решительно увела она Джека. Впрочем, неважно: я и утром успею им рассказать о новом обороте событий. Монашеская жизнь мне поднадоела, и я считал, что заслужил шанс побыть с Бекки наедине.

Когда Белайсеки дошли до верхней площадки, я спросил:

– Может, пересядешь налево?

– Хорошо. – Она пересела. – Только зачем?

Я поставил на перила пустую чашку.

– Потому что я в поцелуях левша – если понимаешь, о чем я.

– Не очень, – улыбнулась она.

– Неудобно мне, когда женщина справа. Все равно что писать не той рукой, которой привык. Я плохо целуюсь, когда так сижу.

Я закинул левую руку на спинку качалки, привлек Бекки к себе и устроился так, чтобы нам обоим было удобно. Я желал этого поцелуя всем своим существом. Сердцебиение участилось, кровь застучала в висках. Поцелуй, нежный и медленный поначалу, набирал силу, пронизывая током все мои нервы. Я отстранился на миг, чтобы перевести дыхание, и поцеловал Бекки снова. Мне было уже все равно: я в жизни ничего подобного не испытывал. Я гладил ее бедро, сознавая, что наверх мы неминуемо поднимемся вместе.

– Майлс! – донеслось непонятно откуда. – Майлс! – Джек отчаянно махал мне с порога. – Скорее!

Что-то с Теодорой, сообразил я, пробегая за ним через гостиную к лестнице, но Джек прошел мимо, зажег фонарик и стал спускаться в подвал. Там он откинул люк старого угольного бункера с высокими, до потолка, стенками, который давно уже, когда отец провел газ, разгрузили и помыли из шланга. Светлый овал фонарика остановился на бетонном полу, и я не сразу понял, что там лежит.

Больше всего это напоминало четыре круглых гигантских плода около трех футов диаметром. Кое-где они лопнули, и из них просочилась субстанция, похожая на серую пыль.

Мой ум еще не полностью впитал то, на что смотрели глаза. Сначала мне вспомнилось перекати-поле – сухие, легче воздуха, комья, которые ветер гонит через пустыню, – но это было другое. Шары состояли из переплетенных желтоватых волокон, между которыми была натянута коричневая мембрана, похожая цветом и текстурой на сухие дубовые листья.

– Плоды, – тихо проронил Джек. – Как в той газетной заметке.

Я недоумевающе смотрел на него.

– Там еще профессора биологии процитировали, – нетерпеливо напомнил он. – Гигантские плоды, найденные летом к западу от нашего города.

Когда я вспомнил, о чем речь, мы с Джеком пролезли в люк и присели на полу рядом с загадочными объектами. Все они лопнули в четырех-пяти местах, и вот что любопытно: серая пыль по краям начинала белеть, словно обесцвечивалась на воздухе. Мало того, она обретала форму.

Однажды я видел куклу, сделанную южноамериканскими индейцами. Ее сплели из гибкого тростника, перевязав в нужных местах так, чтобы получились голова, туловище, руки и ноги. То же самое происходило с серыми грудами на полу: они складывались в человеческие фигурки, такие же примитивные, как та кукла, и такие же узнаваемые.

Не знаю, сколько мы так просидели. Серая субстанция продолжала вытекать из шаров – медленно, как горячая лава. Слепленные из нее фигурки росли и становились все менее примитивными, пустеющие оболочки трещали и съеживались, как опавшие листья.

Так меняют очертания облака в безветренном небе: на полу перед нами лежали уже не куклы. Фигурки подросли до величины новорожденных младенцев. На лицах у них наметились глазницы, нос, рот, руки стали сгибаться в локте, и на концах у них отрастали пальчики.

Мы с Джеком посмотрели друг на друга, зная уже, что увидим дальше.

– Вот откуда заготовки берутся, – хриплым шепотом сказал он. – Растут из этих серых семян.

Не в силах больше смотреть на это, мы встали и побрели через подвал на затекших ногах в поисках чего-то нормального. Луч фонарика упал на «Сан-Франциско Кроникл», верхнюю в кипе старых газет. Заголовки, повествующие о коррупции и убийствах, прямо-таки радовали глаз, помогая справиться с путаными, противоречивыми мыслями. Мы постояли немного и вернулись к угольному бункеру.

Невероятный процесс подходил к концу. Оболочки рассыпались в прах, а четыре фигуры вытянулись в рост взрослого человека. Липкое волокно, из которого они состояли, было еще рубчатым, как вельвет, но постепенно разглаживалось и окончательно побелело. Четыре заготовки в ожидании финишной обработки – для меня, Джека, Бекки и Теодоры.

– Они поглощают влагу из воздуха, вот как это работает, – пробормотал Джек, стараясь осмыслить немыслимое. – Человеческое тело на восемьдесят процентов состоит из воды.

Приподняв руку ближайшего ко мне манекена, я посмотрел на гладкие пальцы без папиллярных линий, и в уме у меня зародились одновременно две мысли: «Нам каюк» и «Теперь Бекки придется остаться здесь».