— Затем, постепенно усиливаясь, это увлечение переходило в нечто, похожее на любовь.
— Что?!
— Не кричи так, Франк.
— Разве я кричу? Пустяки. Ну, и что же дальше?
— К чему входить в подробности?
— Нет, теперь ты уже должна продолжать. Ты слишком много рассказала, чтобы останавливаться. Я решительно настаиваю на продолжении.
— Мне кажется, ты мог бы сказать это немного в другом тоне. — На лице Мод появилось выражение оскорбленного самолюбия.
— Хорошо, я не настаиваю. Но я прошу тебя рассказать мне немного подробнее об этих прошлых увлечениях.
Мод откинулась на спинку кресла. Глаза ее были полузакрыты. На лице мелькала едва заметная тихая усмешка.
— Если ты так хочешь знать это Франк, то я готова рассказать тебе решительно все. Но, пожалуйста, не забывай, что в это время я даже не знакома еще была с тобой. Я расскажу тебе один случай из моей жизни. Самый ранний. И я отчетливо помню его во всех подробностях. Все это произошло оттого, что меня оставили в комнате одну с молодым человеком, пришедшим к моей матери.
— Так.
— Ты понимаешь, мы были совершенно одни в комнате.
— Отлично понимаю.
— Он стал говорить мне, что я ему очень нравлюсь, что я очень хорошенькая, что он никогда еще не видел такой милой, славной девицы — ты знаешь, что мужчины говорят обыкновенно в таких случаях.
— А ты?
— О, я едва отвечала ему, но, конечно, я была еще очень молода и неопытна, мне было приятно слушать его. Вероятно, я еще плохо умела тогда скрывать свои чувства, потому что он вдруг…
— Поцеловал тебя?
— Именно. Он поцеловал меня. Не шагай так из угла в угол, дорогой. Это действует на мои нервы.
— Хорошо, хорошо. Как же ты ответила на это оскорбление?
— Ты непременно хочешь знать?
— Я должен это знать. Что ты сделала?
— Знаешь, Франк, мне вообще очень жаль, что я начала рассказывать тебе все это. Я вижу, как это раздражает тебя. Закури лучше твою трубку и давай поговорим о чем-нибудь другом. Я знаю, что ты будешь очень сердиться, если узнаешь всю правду.
— Нет, нет, я не буду сердиться. Что же ты сделала?
— Если ты так настаиваешь, то я, конечно, скажу тебе. Видишь ли, я возвратила ему поцелуй.
— Ты… ты поцеловала его?!
— Ты разбудишь прислугу, если будешь так кричать.
— Ты поцеловала его!
— Да, дорогой, может быть это было нехорошо, но я так сделала.
— Боже мой, ты это сделала?
— Он мне очень нравился.