- Нет, отпусти меня, ты, зануда, извращенец, ты не мой папочка, чтобы мне указывать, ты мне вообще никто! Я сказала, я не пойду с тобой, я хочу развлекаться! Помогите, помогите, насилуют! – от отчаяния и наркотического опьянения Асока снова несла какой-то бред, и это, пожалуй, даже слишком привлекало внимание случайных прохожих.
Но Энакин, однажды уже оказавшись в подобной ситуации, был готов ко всему. Понимая, как он выглядел со стороны всех этих людей и не людей, что сейчас завороженно пялились на разыгравшуюся посреди улицы странную сцену, Скайуокер на мгновение остановился. Легко и быстро подхватив Тано на руки, Энакин спокойно перекинул крайне мало весящую девушку через одно плечо и уже более уверенным шагом понёс юную наркоманку в нужном ему направлении. Дойдя до своего спидера, Скайуокер с боем спешно запихнул орущую Асоку внутрь. И постоянно отмахиваясь от её дерзких попыток ударить его во время полёта, повёз Тано домой.
В бедную захудалую квартирку Асоки они прибыли где-то примерно через час. Полицейский участок находился довольно далеко от жилища Асоки, потому за время их «путешествия» по городу юная тогрута успела немного поостыть и успокоиться. Поняв, что сегодня ей уже так и не удастся сбежать куда-то и хорошенько погулять, Асока, кажется, смирилась с обстоятельствами. Хотя, скорее, просто устала лупить и материть почти никак не реагирующего на неё Скайуокера. К тому же, приятный дурман от КХ-28 постепенно начинал проходить, и девушка медленно приходила в нормальное состояние, осознавая, как глупо и безрассудно она себя вела.
Когда Энакин, наконец-то припарковал спидер на узкой улочке недалеко от дома Асоки, тогрута уже полностью успокоилась и даже добровольно проследовала вместе с её бывшим учителем в собственную квартиру.
Оказавшись внутри, Тано как-то мельком взглянула в зеркало, недовольно оценивая свой собственный оборванный внешний вид, и легко согласилась на предложение генерала привести себя в порядок. Асока направилась в ванную. А Скайуокер, не зная чем убить лишнее время, решил приняться за готовку обеда или ужина, или обеда переходящего в ужин, в принципе это было не важно. Хотя, какой уж тут обед? Еды в доме Тано генерал толком и не нашёл, пришлось довольствуется лишь конфетами с кафом, заваривая который, Энакин про себя отметил, что нужно было затарить холодильник Асоки, чтобы его бывшая ученица хотя бы не умерла с голоду.
Спустя где-то примерно час, джедай и его бывший падаван вместе сидели за столом и распивали горячий ароматный напиток, как-то не решаясь начать разговор. Обоим было крайне неловко после всего пережитого вчера и сегодня, после такой внезапной встречи спустя долгий год. Асока всё ещё злилась на Энакина за его, как она считала, предательство, но всеми силами старалась скрывать это, а Скайуокер, был крайне обеспокоен её нынешним состоянием и хаотично обдумывал, с чего ему следовало приступить к своим новым попыткам убедить Тано остановиться. Прошла ещё минута, и генерал, тяжело вздохнув, всё же решил заговорить первый. Отпив немного кафа из чашки, будто для храбрости, джедай наконец-то заглянул своей бывшей ученице в глаза и искренне, проникновенно произнёс:
- Асока, ты должна остановиться! Я не могу смотреть как ты губишь себя своими собственными руками, принимая наркотики. Это просто невыносимо! Ты ведь не была такой, не была наркоманкой. Я помню время, когда ты была моим падаваном, когда твоей единственной мечтой в жизни было стать настоящим рыцарем-джедаем. И все пагубные пристрастия были далеки от тебя как самый-самый неизведанный край галактики.
Энакин замолчал и осторожно поставил на столешницу чашку с недопитым горячим напитком, сейчас джедаю было как-то не до этого. Он был полностью поглощён очередной попыткой убедить Асоку бросить наркотики. Убедить Асоку…
Так и не дождавшись ответа девушки на его слова, Скайуокер произнёс свою следующую мысль в слух.
- Ты должна вновь вернуться в Орден и закончить своё обучение. Если хочешь мы прямо завтра поедем туда. Ты увидишь, что там всё осталось по-прежнему, так как было при тебе. И ты передумаешь продолжать вести ту жизнь, которую ты ведёшь, - стараясь говорить, чем можно более мягче и ласковее, обращаясь к Тано словно к капризному ребёнку, ни в какую не желающему слушаться своего родителя, Энакин для пущей убедительности попытался легко коснуться плеча девушки, так, как он это делал ранее, когда их разговоры во время миссий становились откровенными.
Пальцы Скайуокера уже почти легли на предполагаемое место, когда Асока внезапно опомнившись, резко отдёрнулась от них. Много месяцев назад поначалу это действие не вызывало у Тано никаких особых мыслей, а затем оно стало доставлять удовольствие от переизбытка романтических фантазий девушки, но теперь… Теперь Асока ни на секунду не хотела, чтобы он вновь касался её. Чтобы он позволял её и так с трудом подавляемым чувствам опять возвращаться и щемящей болью издеваться над нежным сердцем Тано. В конце концов у Энакина была жена, и он не имел никакого морального права распускать свои руки, как, впрочем, и советовать, навязывать, командовать Асоке, что ей следовало делать. Девушка уже давно выбрала свой жизненный путь и, ни в коем разе, не собиралась с него сворачивать. Она не хотела возвращаться к прошлому, не хотела больше быть ни джедаем, ни, тем более, падаваном Скайуокера, не хотела вспомнить и вновь переживать свою глупую безответную любовь, от чего с губ Асоки сорвалось всего одно единственное слово:
- Зачем?
Тогрута крепче обхватила руками ещё тёплую чашку с кафом, грея об неё ладони, обдумывая всё сказанное генералом и как-то отстранённо, весьма печально всмотрелась внутрь. Как будто пытаясь утопить в содержимом кружки пережитки её прошлого и увидеть всё там же собственное будущее.
Задумчиво промолчав ещё какое-то время, Асока вдруг резко выпалила:
- Тем более, что я не хочу возвращаться в Орден джедаев. И я не наркоманка!
Явно недовольная тем, что Энакин продолжал и продолжал упрекать её за то, что она «иногда» употребляла КХ-28, чтобы расслабиться, чтобы забыть, Асока с такой силой поставила кружку на стол, что часть кафа даже выплеснулась наружу, облив девушке руки, и недовольно подорвалась с места, небрежно встряхнув промокшими кистями.
Не совсем поняв реакцию Тано на его попытку коснуться её, в которой генерал не видел абсолютно ничего такого, Энакин как-то неуверенно убрал руку обратно, решив не делать лишних движений, если Асоке теперь это было так неприятно. Однако от своих пламенных речей Скайуокер всё же не стал отказываться.
- Но там твоё место! – тоже немного повысив тон и вскочив из-за стола, тут же возразил на слова Асоки генерал.
Бурная реакция тогруты и её дерзкий отказ на его предложение так и побуждали Энакина перейти на крик, начать резко и непреклонно оспаривать решение бывшей ученицы. Однако Скайуокер, к своему огромному сожалению, уже знал, что это не привело бы ни к чему, кроме как к очередной порции ярого отторжения его попыток помочь ей, спасти её, и непременно к новой истерике юной наркоманки, а затем, как следствие, к очередной ссоре с ним. Уже в который раз за сегодня тяжело вздохнув чтобы немного успокоиться, генерал решил действовать более умно и мягко. Да, это было не в его стиле, но когда Энакин вот так же вёл себя со своим учителем, здравые и хладнокровные убеждения Оби-Вана всегда срабатывали в пользу мастера. Возможно, с неуравновешенной из-за зависимости Асокой следовало действовать так же. Выждав ещё пару секунд, чтобы окончательно успокоиться самому, и дать немного присмиреть Тано, джедай в абсолютно не свойственной ему манере вдруг заговорил.
- Асока… - как-то чересчур чувственно Энакин произнёс имя своей бывшей ученицы, обращаясь к ней, - На протяжении всего этого года, я ждал, что ты вернёшься обратно, - внезапно даже для самого себя искренне и честно признался джедай.
В его словах не было фальши и лжи. Да, Скайуокер мало интересовался судьбой Асоки из-за постоянных военных миссий, но думать о ней он никогда не переставал, не переставал надеяться, что однажды Тано опять явится к нему и, как всегда нагло и бесцеремонно заявит, что вновь хочет быть его падаваном.
Рука генерала сама собой скользнула в карман костюма Энакина и извлекла оттуда бывшую цепочку Асоки, ту самую, что она оставила своему мастеру перед уходом из ордена, ту самую, что он постоянно таскал с собой, как напоминание о том, что когда-то у джедая была ученица. Аккуратно держа украшение в своей кисти, Скайуокер медленно протянул его Тано, показывая, что он не забыл… Что Энакин всегда помнил о ней. Подтверждая подлинность и искренность каждого его слова.
- Если ты правда не наркоманка, так докажи мне это, - с некой долей вызова, тут же добавил Скайуокер, - Поехали завтра в орден вместе со мной. Проведи один день без наркотиков, и тогда я поверю в то, что у тебя нет зависимости.
Резко высказавшись относительно предыдущих слов своего бывшего учителя и при этом на отрез отказавшись от его предложения вернуться в орден, девушка уже было ожидала, что Энакин как всегда начнёт кричать, начнёт переспоривать её, пытаясь доказать свою правоту, навязать ей, Асоке, его «единственно подлинное и правильное мнение». Тано уже приготовилась к назревающей ругани, но каково же было её удивление, когда Скайуокер повел себя совсем иначе. Вместо того, чтобы просто орать на Асоку, упрекая и обвиняя её во всех смертных грехах мира сего, Энакин взял и сказал то, чего она никак не могла ожидать. Весь этот год тогрута думала, что была абсолютно безразлична своему бывшему мастеру, и её сердце просто изнывало от боли каждый раз, когда она напоминала себе об этом. Асока в тайне мечтала, чтобы Энакин тоже скучал по ней, не находил себе места из-за её отсутствия, постоянно думал о своей бывшей ученице, но отчётливо понимала, что это было лишь её фантазиями. А теперь, вдруг в один момент, тогрута осознала, что её глупые мечты на самом деле оказались реальностью. Но в пустые, пусть даже выглядевшие такими искренними слова генерала девушка сразу не хотела верить. Однако, когда её взору вдруг предстала вещица, которая, вроде бы, давно должна была быть на помойке с лёгкой подачи руки Скайуокера, Тано не удержалась от счастливой улыбки. Она была так растроганна, что из небесно-голубых глаз юной наркоманки внезапно хлынули слёзы. Асока плакала и, пожалуй, впервые за этот год плакала от счастья. Её хрупкая сильно похудевшая за последние месяцы и измученная кисть плавно легла поверх ладони Энакина, и нежные пальчики легко сгребли цепочку.
- Я согласна, учитель, - забирая столь много значащее для них обоих украшение, Асока как-то по-особенному вновь назвала Скайуокера таким родным и близким для неё словом.
Казалось, в данный момент что-то вдруг изменилось в этом мире. Ибо Тано уже не так сильно чуствовала боль и пустоту. Её сердце уже не столь мучительно страдало, как на протяжении всего этого года.
========== Глава 3. Мечи - это твоя жизнь, Часть 1 ==========
Весь остаток этого дня, вплоть до самого вечера, Энакин и Асока провели вместе. Они ещё долго разговаривали на самые разнообразные темы, вспоминая прошлые миссии и приключения, смеясь над былыми забавными моментами из их совместных заданий. Скайуокер не планировал задерживаться у Тано в квартире дольше, чем это было необходимо, однако помня сегодняшнее поведение своей ученицы, всё ещё немного побаивался, что как только он уйдёт, оставив её наедине, тогрута тут же отправится «развлекаться». А сего генералу было совсем не нужно. Отчего он остался дома у Асоки вплоть до того момента, как девушка свалилась с ног от усталости после пережитых в полиции приключений и мирно заснула. Заботливо укрыв Тано одеялом, Энакин сначала отправился в магазин, за продуктами. Да, он мог бы заказать всё это по голонету, но в таким случае продавцы сами выбирали привозимый товар, который не всегда был лучшего качества. А Скайуокеру отчего-то хотелось, чтобы его ученица ни в чём не была обделена. Слабая и тощая, абсолютно измождённая от постоянно принимаемых доз Асока сейчас как никогда нуждалась в витаминах и правильном питании. Должно же было хоть что-то поддерживать её постепенно разрушаемый химическими веществами организм. Отчего генерал решил выбрать все для своей бывшей ученицы сам. Энакин не часто ходил по магазинам, но, в принципе, на глаз мог определить, что стоило брать, а что нет.
Закупив достаточное количество продуктов самого лучшего качества, которое только было в супермаркете, по большей части полезных, питательных и содержащих витамины, Энакин вернулся в квартиру Асоки. С радостью убедившись, что тогрута всё ещё крепко спала, джедай разложил покупки по нужным местам и покинул бедное, захудалое жилище его бывшего падавана уже окончательно.
На сегодня у Энакина было запланировано ещё одно очень важное дело, прежде, чем возвращаться домой к Падме. И Скайуокер незамедлительно отправился в Орден джедаев. Получив сведения о том, что Пло Кун в данный момент пребывал на Корусанте, генерал очень надеялся встретиться с ним. Энакин наивно полагал, что кел-дор, который буквально заменил Асоке отца, мог бы хоть как-то повлиять на неуправляемую тогруту.