— Ну, за все не ручаюсь, я как-то не особо интересовался местными легендами, — усмехнулся Натсуме, вежливо придержав подопечную за талию. — А вот насчёт Тёмного Леса можешь не сомневаться, соваться туда, особенно в полнолуние — чистое самоубийство. Там на время трансформации оборотни собираются, так что к этому месту даже близко подходить не советую. Они в целом ребята импульсивные, а в полнолуние вообще ничего не соображают.
— Я в курсе, — Кэй, резко переставшая улыбаться, поёжилась от неприятных воспоминаний, в ответ на вопросительно вскинутую бровь собеседника неохотно пояснив: — Там, где я раньше училась, оборотней не было, но были их северные родственнички — Фенриры. По сути, те же оборотни, только раза в три крупнее, злее и вдобавок не имеющие единого вожака. Никакими огороженными территориями их было не удержать, так что на время полнолуния школа полностью консервировалась, находясь фактически на военном положении. Самое стремное начиналось, если они что-то не могли между собой поделить и устраивали свои разборки прямо под окнами. Наблюдать за тем, как твои озверевшие одноклассники в прямом смысле рвут друг другу глотки, удовольствие весьма сомнительное. К счастью, больше пары учеников в год у нас таким образом не «отчислялись», и на том спасибо.
— Ну, у нас всё не настолько плохо, — вздохнул мумий, уже жалея, что затронул эту явно неприятную тему, — но все равно советую быть осторожнее. Кстати, ты играть умеешь? Я вроде слышал, что все вампиры в обязательном порядке получают музыкальное образование.
— Слышал-то ты верно, — невесело усмехнулась девушка, покачав головой, — но я же вроде говорила, что с моим обучением особо не запаривались. К этикету и музицированию это тоже относится. Так что если есть желание сыграть что-нибудь в четыре руки, то лучше к Рэю обратись. Выглядеть вы будете, конечно, весьма интригующе, но ради искусства можете и потерпеть.
— Фу, что за шуточки на уровне Шибы, — поморщился Натсуме, с трудом удержавшись от желания спихнуть захихикавшую девушку на пол, видимо, тоже представившую эту интимную картину. — Я не приверженец хороших манер, но будь добра, демонстрируй их отсутствие каким-нибудь другим образом.
— Ты что, правда обиделся? — с искренним удивлением уставилась на него вампирша. — Брось, я же просто пошутила. Тем более кто ж знал, что ты такой ранимый.
— Я не ранимый, просто как-то настроение, видимо, неподходящее для подобных шуток, — со вздохом признался мумий, рассеянно пробегаясь кончиками пальцев по клавишам. — Я давно ни с кем так долго не разговаривал, вот, видимо, и…
— Тогда давай помолчим, — моментально сориентировалась Кэй, ободряюще улыбнувшись парню и заполняя повисшую паузу. — Или, если хочешь поиграть и попеть, я могу отсесть или вообще уйти. Ты же, наверное, не любишь, когда на тебя пялятся в процессе?
— Мне все равно, тем более что ты мне ничуть не мешаешь, — Натсуме немного подумал и добавил: — Пока молчишь, по крайней мере. Так что, если хочешь, я могу что-нибудь спеть.
— Давай, — обрадованно кивнула девушка, пересаживаясь на пол и в ответ на удивленный взгляд поясняя: — Я лучше сюда пересяду, а то тебе не удобно будет, да и пихать под руку пианиста занятие рисковое. Выгонишь еще или проклянешь сгоряча, нужны мне такие перемены в жизни…
— Как хочешь, — хмыкнул мумий, безразлично пожав плечами. — Главное задницу не застуди.
Клятвенно заверив партнера, что за её задницу можно не волноваться, Кэй притихла, прислушиваясь к неторопливой мелодии и завораживающему голосу музицирующего Натсуме. Парень пел божественно. Пробирающий до самых внутренностей классический баритон как будто обволакивал слушающую его девушку, отзываясь в каждой клеточке тела и согревая душу невидимым светом. Вампирша зачарованно наблюдала за порхающим по клавишам тонким пальцам и невольно вспоминала те самые ненавистные приемы, на которые её никогда не пускали. Она их ненавидела до глубины души, но всё же исправно прокрадывалась подслушивать под дверью, потому что в конце банкета обязательно находилась хоть одна русалка, соглашавшаяся порадовать собравшихся своим исполнением. И точно так же, как сейчас, маленькая Кэй ощущала это сжимающее сердце чувство безграничного восторга от волшебного, ни с чем не сравнимого голоса русалки.
— Ты там еще не уснула? — спустя примерно полчаса поинтересовался мумий, окончивший свой небольшой концерт, у слегка прибалдевшей девушки. Последние аккорды затихли в пустынных коридорах, и Кэй, приходя в себя, тряхнула головой, чуть виновато улыбаясь.
— Нет, что ты. Я просто заслушалась. И задумалась…
— О чем же? — выбравшийся из-за рояля Натсуме вежливо подал руку, помогая своей подопечной подняться.
— О том, где я слышала подобные голоса. У тебя русалок в роду не было? — отряхнувшаяся девушка с неподдельным любопытством уставилась на слегка озадачившегося парня.
— Нет, не было, — немного помедлив, ответил он, едва заметно улыбнувшись краем губ. — Тем более как ты себе это представляешь? Ты же видела, что у нас под бинтами, разве хоть одна русалка в здравом уме влюбится в мумию?
— Ну, в чем-то ты, конечно, прав, — Кэй призадумалась, пытаясь придумать другое оправдание услышанной только что музыкальной магии. Тихо переговариваясь, они с напарником вышли из пыльного корпуса и неспешно побрели по освещенной луной узкой тропинке, — но иного объяснения я не нахожу. Да и, тем более, ничего такого страшного там нет. Хотя, может, я просто чего-то в жизни не понимаю, и внешность действительно имеет большое значение.
— А для тебя, значит, не имеет? — Натсуме хитро прищурился, галантно придержав перегородившую им дорогу ветку, пропуская даму вперед. — Меня еще в классе удивила твоя фраза про субъективность красоты, но я думал, ты это сказала, чтобы вызвать у других симпатию.
— Что ты, пытаться всем понравиться занятие неблагодарное, хотя и не буду отрицать, что видеть перекосившуюся от этих слов морду Рэя мне было приятно, — тихо рассмеялась вампирша, благодарно кивнув. — Но я думаю, что дело в другом. Там, где я раньше училась, красоты не было от слова совсем, ибо в тех суровых условиях куда больше ценились сила, хитрость ну или на худой конец сообразительность. Так что, если разбирать обсуждаемую нами тему с психологической точки зрения, я думаю, что просто научилась слегка иначе воспринимать красоту. Поверь, если тебе кто-то симпатичен как личность, то, будь он даже страшным, как моя жизнь, со временем ты все равно начнешь находить эту непривлекательность крайне очаровательной. И, по моему мнению, это в разы лучше, чем терпеть мерзкий характер ради смазливого личика, ибо личико могут легко подпортить. А тебе потом сидеть голову ломать, как отвязаться от существа, которое тебе противно по всем параметрам.
— Я так понимаю, эти выводы ты сделала, основываясь на личном опыте? — насмешливо хмыкнул мумий, склоняя голову и невольно пристально вглядываясь в лицо беспечно болтающей девушки.
— Ты возмутительно проницателен, — криво усмехнулась Кэй, решительно тряхнув вороной гривой. — Кстати, а сам что думаешь по этому вопросу?
— Я? — Натсуме удивленно расширил виднеющийся глаз и едва не споткнулся от неожиданности. — Хм, хороший вопрос. Если честно, никогда об этом не задумывался. Я довольно рано понял, что никому, кроме себя, доверять нельзя, поэтому быстро потерял интерес к выстраиванию взаимоотношений, как дружеских, так и более близких. Я просто хочу жить, как мне нравится, желательно, чтобы никто мне при этом не мешал.
— Прости, — вампирша остановилась у главного корпуса, грустно осматривая величественное здание, возвышающееся над ними.
— За что? — непонимающе моргнул мумий, озадаченно уставившись на внезапно расстроившуюся девушку. Нет, иногда он её решительно не понимал.
— Да за многое, в общем-то, — вздохнула Кэй, начиная перечислять. — За то, что выбрала тебя, навязывала свое общество, заставляла общаться… Я же не знала, что это у тебя не черта характера, а посттравматический синдром.
— Чего? — убедившийся, что ему не послышалось, Натсуме внезапно откинул голову и звонко рассмеялся. — Боги, ты и правда очень забавная. Как вообще можно было сделать такие безумные выводы из того, что я сказал? Не спорю, может, мои слова и прозвучали довольно категорично, но раз уж ты взялась ставить диагнозы, то должна была бы знать, что если б у меня было ПТСР, то, сколько бы ты меня ни заставляла, общаться бы я с тобой не стал.
— Что ж, хорошо, если так, — неуверенно улыбнулась девушка, — но все равно, если что, то ты сразу говори, я пойму.
— Не сомневайся, скажу не задумываясь, — все ещё посмеивающийся мумий весело потрепал растерявшуюся от этого девушку по голове и махнул рукой на прощание. — Ладно, мне пора, а ты постарайся больше не строить из себя психолога. Это явно не твое.
Проводив развеселившегося Натсуме задумчивым взглядом, Кэй покачала головой и поспешно взбежала по ступенькам здания. Ей срочно надо было отвлечься и крепко подумать о случившемся сегодня. Любопытную вампирскую душу терзали невнятные подозрения, но, как назло, ни одно из них не могло оформиться в конкретную мысль. И с этим надо было что-то делать…