Простое заявление. И то, как Холланд произнес эти три слова, то, как он стоял в коридоре, заставило Ричера подумать, что его смущают не только обязательства перед миссис Солтер. Он хотел остаться под крышей, в тепле и комфорте, в безопасности.
Холланду было страшно.
– Вам уже доводилось работать в тюрьме?
– Нет, – ответил Холланд.
– Там все достаточно просто. Ваши люди займут посты у ограды и на вышках. Если кто-то решит сбежать, вы стреляете на поражение. Это всё. Они знают правила. Более того, они даже не будут пытаться. Во всяком случае, вот так, сразу, и в такую погоду. Они останутся внутри и будут драться. Со временем они успокоятся. Так бывает всегда. Вы замерзнете, потом вам станет скучно, но не более того.
– Ты работал в тюрьмах?
– Я работал всюду. В том числе и телохранителем. И, со всем возможным уважением, я справлюсь не хуже, чем вы. Вам следует доверить это дело мне. И тогда все выиграют.
– Я не знаю.
– Я смогу контролировать ситуацию здесь, а вы присмотрите за своими людьми в тюрьме.
– А если это затянется на много часов или даже дней?
– На самом деле бунт может продолжаться неделями. Но если возникнет такое впечатление, вы сможете перегруппироваться.
– Ты думаешь?
Ричер кивнул:
– Нельзя работать круглые сутки без перерыва. Во всяком случае, всем сразу. Никто не станет этого требовать. Как только первая паника пройдет, вы сможете установить гибкий график.
Холланд не ответил. Внезапно сирена смолкла, и наступила абсолютная тишина. Полное отсутствие звука, словно воздух замерз окончательно.
– Это показывает, что все на местах, – сказал Ричер.
Холланд кивнул, сначала неуверенно, потом еще раз и посмотрел на Джанет Солтер:
– Но вы можете поехать со мной в машине. Я должен знать, что вы в безопасности.
– Это запрещено, шеф Холланд. Но не беспокойтесь, мистер Ричер обо мне позаботится.
Несколько мгновений Холланд колебался, потом кивнул в третий раз – уже решительно. Теперь шеф полиции знал, что ему делать. Он повернулся и направился к двери. Двигатель в машине все еще продолжал работать, и небольшое облачко выхлопных газов поднималось над багажником. Он сел за руль, резко развернулся и быстро уехал. Белый пар немного повисел в воздухе и исчез. Стук цепей по снегу вскоре стих.
Ричер закрыл дверь.
В доме снова стало тихо.
С точки зрения тактики лучше всего было запереть Джанет Солтер в подвале. Но она отказалась туда пойти. Пожилая женщина просто стояла в коридоре, положив руку на рукоять торчащего из кармана револьвера. Она огляделась по сторонам, словно стрелка компаса, ищущая север, как будто только сейчас поняла, что четыре стены, которые должны ее защитить, – на самом деле суть четыре способа проникнуть в дом. Повсюду в доме были окна и двери. И через любую дверь или любое окно можно попасть внутрь всего за несколько секунд.
Следующий хороший вариант – отправить Джанет Солтер в ее спальню. Забраться в окно второго этажа значительно сложнее, чем первого. Однако она отказалась пойти наверх, заявив:
– Тогда мне некуда будет бежать.
– Вы не будете бежать, – сказал Ричер. – Вы будете стрелять.
– Нет, пока вы здесь.
– Двенадцать дырок в одном парне лучше, чем шесть.
Она немного помолчала, глядя на него так, словно он оказался инопланетянином.
– А разве не лучше вам патрулировать снаружи?