Джек Ричер, или 61 час: читать начало книги онлайн

Затем Джей Нокс начал говорить, и все снова изменилось.

Нокс заявил, что носит пистолет для самозащиты и что он всегда так поступал. Он сказал, что впал в депрессию из-за истории с автобусом и его разозлило, что его наниматели не заплатят ему денег. И еще ему не нравились извращенцы, у которых его поселили. Он постарался подольше просидеть в кафе, но его потревожил Ричер, поэтому ему пришлось отправиться на долгую прогулку. Нокса переполняла ярость, и ему хотелось от нее избавиться. Наконец он оказался возле маленького моста-эстакады через замерзший ручей и увидел плакат: «Мост замерзает раньше, чем дорога». Гнев ударил ему в голову, он вытащил «Глок» и выстрелил в плакат. Нокс заявил, что готов принести свои извинения, но тут же добавил, что почти все дорожные знаки, которые он видел поблизости, пробиты пулями.

Нокс помнил, где находится мост, помнил, где стоял. Он был практически уверен, что знает, куда упала гильза после выстрела.

Естественно, Петерсону было известно, где находится мост-эстакада. Нокса арестовали не так далеко от него. Петерсон пришел к выводу, что Нокс действительно там побывал; более того, снег еще не полностью замел следы, которые вполне могли ему принадлежать. Едва ли там прогуливался кто-то другой. Местным жителям в тех местах нечего делать. Петерсон послал на проверку патрульную машину. В багажнике у нее лежал металлодетектор. Стандартное оборудование в регионе, где выпадает много снега и случаются преступления с применением огнестрельного оружия.

Через десять минут полицейские позвонили от моста-эстакады. Они нашли следы. И обнаружили гильзу. Она лежала в снегу, погрузившись в него приблизительно на палец. Гильза прожгла борозду, которую потом припорошило снегом, но они знали, что нужно искать, и довольно быстро нашли. Кроме того, полицейские подтвердили, что в плакате появилась новая дыра – почти наверняка от пули девять миллиметров – между словами «раньше» и «дорога».

Петерсон посовещался с Холландом, и они пришли к выводу, что убийца все еще на свободе и находится где-то поблизости.

И что он сделал только половину дела.

Еще через пять минут Джей Нокс стал свободным человеком. Ему сказали, что «Глок» останется в полицейском участке, пока он не покинет город. Нокс охотно на это согласился. Ричер видел, как он вышел из полицейского участка под продолжающийся снегопад, оправданный, но побежденный, успокоенный, однако все еще разочарованный. Петерсон и Холланд устроили новое совещание и вновь объявили чрезвычайное положение. Даже Каплер и Лоуэлл отправились на дежурство.

Всем полицейским было приказано сесть в машины и начать патрулировать улицы города. Им следовало искать незнакомые лица и автомобили, обращать внимание на необычное поведение – стандартная реакция любого полицейского департамента на главную проблему: кто-то рыщет по городу.

Петерсон прикрепил новые фотографии с места преступления на доску в своем маленьком кабинете рядом с общим залом. Они оказались на стене, противоположной той, где Петерсон повесил снимки одетого в черное трупа, лежащего в снегу. Ричер нашел Петерсона в кабинете.

– Мы выставили себя дураками и потратили кучу времени, – сказал Петерсон.

– Ну, не так уж и много, – возразил Ричер.

– А как бы повело себя дальше твое элитное подразделение?

– Мы бы стали рассуждать о коробках передач и осторожных людях.

– И что это значит?

– Если не считать того, что Нокс не наш парень, в остальном ты все правильно описал. Отсутствие следов на снегу это доказывает. Две машины стояли рядом, немного не доехав друг до друга – или почти напротив. Плохой парень помахал рукой, чтобы адвокат остановился. Тот послушался. Но почему он так поступил?

– Вполне естественный поступок.

Ричер кивнул:

– Согласен, в особенности на такой дороге. Летом, на приличной скорости – едва ли. Но когда столько снега, это естественно. Ты едва ползешь по колее и видишь встречную машину – человек либо нуждается в помощи, либо хочет сообщить нечто важное. Поэтому ты останавливаешься. Но если ты из тех парней, которые возят с собой калоши и кладут молоток на приборный щиток, слушают новости о погоде по местному радио и постоянно держат бензобак полным, ты должен вести себя в подобных ситуациях более осторожно. Ты не оставишь коробку передач на «парковке», а ногу – на педали тормоза. Тогда ты сможешь в любой момент поехать дальше. Да и окно ты откроешь лишь чуть-чуть. Однако ваш адвокат поступил иначе. Он поставил передачу на нейтраль и опустил стекло до конца.

– И что это означает?

– Адвокат ждал встречи. Он приглушил радио, готовясь к ней. Все это выглядит весьма вероятным, если учесть, с какими людьми он имел дело.

– И что бы ты стал делать дальше?

– Мы бы стали самым внимательным образом изучать его жизнь.

– Нам это достаточно сложно сделать. Он живет в соседнем округе, вне нашей юрисдикции.

– Значит, нужно сесть к телефону и получить помощь.

– Как ты это делал с федералами?

– Не совсем, – ответил Ричер.

Платон завершил дневную прогулку визитом к своему пленнику, прикованному под открытым небом за лодыжку к стальному шесту, глубоко врытому в землю. Пленник был вором. Он стал слишком жадным. Естественно, в бизнесе Платона использовались наличные, и большие количества банкнот приходилось прятать на длительные промежутки времени под землю, в подвалы, в самых разных местах с высокой влажностью, что иногда приводило к значительным потерям, вплоть до десяти процентов. Сто тысяч из каждого миллиона попросту сгнивали. Однако команда этого типа утверждала, что потери составляют почти двенадцать процентов. Аномальный результат. Проверка показала, что вор присвоил четверть миллиона в одном месте и полмиллиона в другом. Платон относился к ошибкам с известной долей терпимости, но предательства не переносил.

А потому парень был прикован за лодыжку.

Зима в ста милях от Мехико не такая уж жаркая. Ни в воздухе, ни на земле нет кусачих насекомых, змеи спят, а мелкие ночные хищники, как правило, не представляют опасности. Так что парню грозила смерть от жажды или голода – тут все зависело от дождей.