– И мне нравилась миссис Солтер. Она была хорошим благородным человеком.
– Тебе нужно выбираться оттуда. Ты в меньшинстве. Платон будет не один.
– Очень надеюсь.
– Это опасно.
– Для него, – сказал Ричер.
– Ты помнишь, как еще ребенком смотрел фильм про чудовище, которое появляется из лагуны?
– Эта история до сих пор в моем досье?
– В конце, в ссылках.
– И ты ее прочитала?
– Я заинтересовалась.
– Они все поняли неправильно. И отобрали у меня нож, я тогда ужасно разозлился.
– И в чем состояла их ошибка?
– Я не был генетической аномалией. Я родился таким же напуганным, как и все. Может быть, даже больше, чем другие. Я не мог спать и плакал вместе с другими. Но потом я устал от этого. И научился справляться со страхом. Усилием воли я превратил страх в агрессию. Оказалось, что это довольно просто.
– В шесть лет?
– Нет, в шесть я был уже опытным. Я начал в четыре. И к тому моменту, когда мне исполнилось пять, дело было сделано.
– И что ты творишь теперь? Превращаешь чувство вины в агрессию?
– Я дал клятву. Такую же, как и ты. Все враги, внешние и внутренние. Похоже, у меня есть по одному каждого вида. Платон и коррумпированный полицейский.
– Твоя клятва потеряла силу.
– Она никогда не теряет силу.
– Но как получилось, что у шестилетнего ребенка был свой перочинный нож?
– А разве у тебя не было?
– Конечно, нет.
– А сейчас?
– И сейчас нет.
– Тебе следует его купить.
– А тебе перебраться в Рэпид-сити и сделать все как следует.
– У нас нет времени.
– У тебя нет легального статуса.
– Ну, так внеси еще одну ссылку в моем досье. Или сбереги им время. Сделай копию. Три копии, для ФБР, УБН и для полицейских из Южной Дакоты. И отправь их прямо сегодня.
– Это не твое дело. Ты себя наказываешь. Ты не должен победить всех.