Юго-запад: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ладно. Вызывай их сюда.

Стараясь не глядеть на Катю, Махоркин вызвал связного от первого взвода, объяснил ему, в чем дело, и отправил к Авдошину.

— А саперы? — спросил он у командира батальона.

— В двадцать четыре ноль-ноль будут. Два человека...

— Товарищ гвардии майор! — краснея, выпалил вдруг Махоркин. — Давайте мы пока ужинать, а? У меня две бутылки шампанского есть. Ребята принесли. Розовое шампанское. Французское, говорят...

Талащенко искоса, с усмешкой взглянул на него — так, как поглядывал когда-то на своего Сашу Зеленина:

— Розовое? И французское? Это точно?

— Точно!

Он был сейчас, как мальчишка, этот молоденький лейтенант с веселой фамилией Махоркин и с Золотой Звездочкой Героя на гимнастерке. Он был в каком-то бесшабашном ударе, как человек или очень счастливый или потерявший все. И, кажется, Талащенко понял, почему это произошло: здесь, в квадратной, с низко нависшим потолком комнатушке подвала была Катя, и Махоркин все сейчас делал только для нее, только для того, чтобы заметила она.

— Нет, дорогой мой Махоркин, — сказал он, стараясь под внешней веселостью скрыть вдруг нахлынувшую на него грусть. — Шампанское будем пить, если хлопцы удачно сделают свое дело и вернутся.

Просторная и широкая набережная Хандельскай была пустынна. Голый, с плоскими минными воронками асфальт отсвечивал желтым и темно-красным. От Имперского моста изредка взлетали осветительные ракеты. Выйти сейчас на этот хорошо просматриваемый противником участок — значит попросту глупо и бессмысленно выставиться под немецкие пули.

Авдошин обернулся к Добродееву. Старшина тоже смотрел на недоступную набережную и думал, по-видимому, о том же, о чем думал и командир взвода.

— Что будем делать, Андрюша? — спросил Авдошин. — Напрямик тут не пройдем — всех накроет.

— Вон там подбитая самоходка, — показал налево Добродеев. — Надо как-нибудь воспользоваться. По одному проскочим. На железнодорожной ветке немцев наверняка нет — жары не выдержат.

— Ладно. Рискнем.

Пришлось пробираться вдоль всего фасада электростанции, опасаясь каждую минуту напороться на немцев — группа находилась уже во вражеском тылу: под прикрытием сильного минометного огня ей удалось пройти мимо противника на улице адмирала Шеера, ползком миновать зарытые в землю танки, ставшие бронированными дотами, и выбраться сюда, на тротуар набережной. Потерь не было — только осколком своей же мины был легко ранен в левую руку Горбачев. Он перевязался, покряхтел, покурил в кулак и пошел с группой дальше.

Двигались неторопливо, поминутно осматриваясь, прижимаясь к стенам домов, врастая в оконные ниши и дверные проемы, и наконец оказались напротив подбитой самоходки. На ее опущенном стволе были видны четыре белые звездочки.

— Наша, — сказал Авдошин. — Наверно, из сто двадцать второго. Прорвалась, а обратно не вышла.

Далеко налево, в стороне моста, постреливали пулеметы. Раза два ударило орудие — стрелял, по-видимому, зарытый в землю немецкий танк. Зато на противоположном берегу Дуная, не давая противнику поднять головы, густо рвались снаряды бригадного артдива и полка тяжелых минометов. Багряные венцы разрывов метались по песчаной отмели, наполовину затопленной по-весеннему разлившейся рекой, по стенам и площадкам Губертовской плотины, перескакивали со строения на строение, с улочки на улочку, вспыхивали повсюду, где могли быть немцы. Стена огня полукольцом окружила все подходы к мосту со стороны Кайзермюлена, не давая противнику возможности наблюдать, что происходит на мосту и на той его стороне, которая выходила в Пратер.

Авдошин скомандовал:

— За мной — по одному!

Добродеев передал команду дальше. Авдошин пополз к подбитой самоходке по-пластунски. Когда он скрылся в густой черной тени машины, двинулся Добродеев.

Командир взвода встретил его мрачный, как будто чем-то расстроенный.

— Четверо, — сказал он тихо. — И все молодые, лет по двадцать. Только лейтенант постарше.

Добродеев не сразу понял, о чем он говорит.

— Наша самоходка-то... А ребята мертвые лежат. Как четыре брата. Их, видать, сзади.

Пока подошли Варфоломеев, Горбачев и оба сапера, прошло минут пятнадцать. По набережной не стреляли, и Авдошин был доволен: значит его группа пока не обнаружена. Горбачев оглядел повязку на своей руке, попросил Варфоломеева затянуть ее потуже.

— Говорили тебе, возвращайся в роту, — с усмешкой сказал Варфоломеев. — Там сейчас такой фельдшер — упадешь! Видел, красавица сидела? Зря не пошел, зря! А то вдруг, не дай бог, заражение или... этот... столбняк.

— Ерунда! — вяло ответил Горбачев. — До свадьбы заживет.

Теперь надо было перебраться к железнодорожной ветке, за которой, сжирая крыши длинных складских строений, полыхал багровый, отливающий золотом огонь.