– По-вашему, Светлану убил сатана? – кашлянув, спросила я.
– Все-таки решили, что я сумасшедшая? Ну-ну. Сатана живет в каждом из нас, – помедлив, продолжила странная Агнесса. – Он может быть вашим соседом, добрым милым старичком. Или ребенком.
– И как надо с ним бороться?
Женщина прошлась по комнате, хмуро поглядывая на меня.
– В вас я вижу одно: безверие. Вы слушаете и не слышите. Зря она рассчитывала на вас. Вы ничего не сможете. Ничего.
– Допустим, мне сложно принять какие-то вещи, но…
– Веры не бывает наполовину. Она либо есть, либо ее нет. В вас самой силен дьявол. Как вы собираетесь его победить?
– Простите, следователь наверняка разговаривал с вами…
– Все они – приспешники дьявола. Пляшут под его дудку.
– У дьявола была причина расправиться со Светланой? Я имею в виду, особая причина?
Агнесса долго не отвечала, смотрела на меня, точно прицениваясь.
– Разумеется. Она хотела… Она пыталась вывести его слуг на чистую воду, показать их истинное лицо.
– Вы имеете в виду вице-губернатора?
– Кого? Ах, это… Нет. Он выдает себя за мессию. «Придите ко мне, обиженные и угнетенные…» А на самом деле он одержим дьяволом. Я знаю это лучше других. И Светка знала. Оттого и погибла.
– О ком вы говорите? Кто этот человек? В милиции считают…
– Они покрывают сатану. Они лгут. От первого слова до последнего – все ложь. И я им ничего не скажу, потому что знаю, кому они служат.
Я уже потеряла терпение слушать все это. Мне стало ясно, что у Агнессы явные проблемы с головой, и вряд ли я узнаю что-то полезное. И все-таки спросила:
– Вам солгали в милиции?
– Все. Они скрывают. Потому что боятся. Или служат ему.
– Что скрывают?
– Они знают, кто убил Светлану. Должны знать, а они молчат. Они скрывают, сколько было трупов. Тех, кто погиб во славу сатаны.
– Вы хотите сказать, что… что Светлана погибла не одна? – насторожилась я.
Женщина скорбно улыбнулась:
– Конечно. Людей убивают, чтобы сделать его сильнее.
– Ритуальные убийства?
– Безразлично, как вы это назовете. Он вышел на охоту, и он не остановится.
– Сколько человек погибло? – быстро спросила я.
– Я знаю еще о двоих, не считая Светланы. Но они молчат. Они не желают…
– Они… это милиция?
– Конечно. Если они скрывают, значит…