Тут он спохватился, вылез из-за стола, зашел ей за спину и стал что-то колдовать, очень недолго. Потом как-то сразу руки упали вниз и стали качаться, как у обезьяны. Она и вправду совсем их не чувствовала.
– Чего это он вас так… жестоко?
– Не знаю.
Она смотрела на свои качающиеся руки, как на чужие, и даже плечами повела, чтобы проверить, двигаются они или нет. Руки подвинулись вместе с плечами, но поднять их она не смогла.
– Ничего, – утешил Боря. – Сейчас отойдут. Только поболят малость. Может, водки вам налить?
В предложении водки было что-то человеческое, словно он наконец признал ее своей, и даже потерпевшей, и даже пострадавшей, и сейчас все будет хорошо. Впрочем, все стало хорошо в тот момент, когда Василий Артемьев столкнул с дороги машину, которая увозила ее.
– Мне бы лучше чаю, – сказал Мелисса. – И по телефону позвонить.
– Адвокату? – строго спросил старший лейтенант. Ему не хотелось давать ей телефон.
Знает он этих, из телевизора. Моментально под гауптвахту подведут или вообще под приказ об увольнении! А он что? Он ни в чем не виноват! Он выполнял свой долг! И вообще их не менты, а гаишники приволокли! Вот и волокли бы к себе, в ГАИ, а не в дежурную часть! Он-то думал, тут бытовуха какая-то, два мужика одну бабу не поделили, а тут – на тебе, Мелисса Синеокова и Татьяна Толстая в одном лице! Мало не покажется!
– Мы же вас не обижаем, – продолжил он, по возможности смягчив тон. – Мы разобраться должны!..
– Должны, – согласилась Мелисса. – Только мне не адвокату позвонить надо, а подруге. Она там с ума сходит, наверное. Мы договаривались вечером созвониться, а тут такая история!
– Расскажете историю-то?
– Расскажу, – пообещала Мелисса.
– Давайте водки налью.
– Я не могу, – сказала она. – У меня ребенок.
– Где?! – поразился старший лейтенант и повел вокруг очами, словно в поисках ребенка.
Мелисса засмеялась, но охнула и сморщилась, потому что смех странным образом отдался в руки, которые наливались свинцовой тяжестью и потихоньку начинали гореть, как будто медленно опускались в кипящее масло.
– Нигде. Я беременна.
– Тогда, может, врача вызвать? – испуганно спросил Боря.
Только ему не хватало проблем с беременной знаменитостью! Еще, не дай бог, что случится, приказом об увольнении не отделаешься. По судам затаскают, всю плешь проедят, во всех газетах напишут, что в дежурной части Центрального округа, номер такой-то, знаменитая писательница Мелисса Синеокова потеряла ребенка, потому что правоохранительные органы грубо с ней обращались!..
– Давайте я на «Скорую» позвоню, они к нам моментально приедут, и укольчик сделают или чего там еще надо, – и он схватился за телефон. – Сейчас я их…
– Не надо! – крикнула Мелисса. – Все нормально!
– Точно?
– Да, говорю вам! А то они меня сейчас в больницу отправят, а я не могу в больницу, я домой хочу!
– Да отвезем мы вас домой!
– Меня муж отвезет!
– А который из них муж?
– Мой муж Василий Артемьев, – сказала Мелисса. – Тот самый, который бил другого, когда вы приехали.
– Это не мы, – быстро отказался старший лейтенант Крюков. Нужно, чтобы она запомнила, что задержали их не менты, а гаишники. – Это ГАИ приехало!
– Очень хорошо, – устало согласилась Мелисса. – Пусть ГАИ. Можно мне позвонить?