Повелитель четырёх стихий (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но всё же… Почему Лес слушает именно его? Не Сморкалу, как самого сильного, не Готи, как самую мудрую, а именно моего сына! И тут я понял! Готи же говорила, что этот дух послушает лишь того, кто будет близок к нему своим мировоззрением. А ведь только Иккинг был против вырубки и поджогов леса, только он защищал каждый его миллиметр, каждой его живое создание. Удивительно, но чаща, а может и сам Лес оберегали мальчишку, ведь он так и ни разу не наткнулся ни на волков, ни на медведей, ни на драконов…

— Вот так… — вытянув вперёд руки, пробормотал Иккинг, заметив, что Дух успокоился, — Послушай, если несколько ненормальных случайно подожгли лес, это не причина крушись деревню и подвергать опасности жизни невинных! Те, кто поджог лес будут наказаны, но ты иди с миром!

Да, они будут наказаны! Они подвергли деревню опасности, подожгли лес, не подумав о последствиях, не подумав, что и у леса есть свой заступник.

Все завороженно смотрели, как Лес величественно кивнул и опустил свою голову, позволяя моему сыну дотронуться до себя. Невидящие глаза Иккинга широко распахнулись, когда он повернул лицо к полуразрушенной деревне.

Создавалось ощущение, что он прекрасно видел всю эту удручающую картину. На миг мне показалось, что зрачки моего сына стали вертикальными, а сами глаза во много раз ярче. Но это жутковатое видение пропало так же неожиданно, как и возникло.

Я прекрасно видел обыкновенные глаза сына, немного тусклые, но по сравнению с очами других ослепших они были очень яркими.

Хоть на Олухе и не жалуют драконов, о чём и говорит эта стычка, вызвавшая пожар, но я понимал, что этот дракон был по-своему прав. Он защищал свой дом, своих подданных, как это и подобает настоящему вождю. Знаю, это может прозвучать странно, но с этого духа нужно брать пример!

А Дух ещё раз величественно, прямо по-королевски, кивнул Иккингу и скрылся в лесу. Земля, по которой он прошёл, стала заполняться деревьями, травой и прекрасными цветами, доказывая, что дракон был Духом-Хранителем.

Все бросились к моему сыну, стоящему без движения, с закрытыми глазами, словно к чему-то прислушивающемуся.

— Как ты это сделал?

— Как у тебя это получилось?

— Что нужно сделать, чтобы также управлять духами?

Все засыпали его этими и многими другими вопросами. Поморщившись, словно ему было противно это внимание одноплеменников, Иккинг ответил коротко, но очень весомо:

— Уважайте лес и он будет уважать вас! Дружите с лесом и он ответит вам тем же!»

Увы, но вернуть права наследника Иккингу я уже не мог. Ну не может вождь быть слепым! Всем было всё равно, что, несмотря на отсутствие зрения, мой сын способен победить Сморкалу, даже не применяя магию! Всем было всё равно, что именно Иккинг успокоил разбушевавшегося Леса. Люди не видели в нём своего лидера, а я делал всё для своего народа.

Даже тогда, когда пришлось отдать этим Огненным Зверям свою любимую жену, я думал о защите своего острова. Народу было наплевать, какие я испытывал душевные терзания, ведь не отдав Валку, я бы предал своё племя, а кроме меня некому было их возглавлять. Ради благополучия других страдал я сам, пусть кроме Плеваки этого никто не знал.

Скоро приплывут Посланники Страны Огня. Говорят, что в этот раз их будет возглавлять сам Принц Страны Огня, сын Лорда Огня Драго, Дагур. Он был не многим старше Иккинга. Ему сейчас должно быть примерно восемнадцать лет, может девятнадцать. Вместе с ним прибудет и его младшая сестра, уже ровесница моего сына, Хедер.

Вся деревня готовилась к прибытию Посланников. Украшали Главную Площадь, где будет проходить церемония выбора сильнейшего мага нового поколения. Многие считали, что на это раз выберут Астрид.

Сама воительница не показывала своего волнения и страха, но по тому с каким остервенением она точила любимую секиру, было видно, как ей страшно. Она не хотела погибать. Но Астрид понимала, что среди своих сверстников была сильнейшей, а значит принеся себя в жертву, она бы сохранила свой народ. Эта девушка была слишком горда, что бы молить о пощаде. Слишком горда, прямо как Валка…

Сегодня утром я встал раньше обычного. Смутная, подсознательная тревога беспокоила меня, заставляла сердце стучать неровно. Как ни странно, опасения мои оправдались. Словно вторя моим мыслям, часовой громко прокричал:

— Они плывут!

За возгласом последовал протяжный вой горна. Эх, если бы я только знал, что предчувствия мои были вызваны совершенно иной причиной…

POV Астрид

После всех моих размышлений, меня не сильно поразил случай с Лесом. Да, было удивительно и невероятно, когда Дух послушал слепого мальчишку, но чего-то подобного я и ожидала.

Я видела, как Стоик мается и хочет попросить у сына прощения, но как только выдавался удобный момент, Иккинг таинственным образом исчезал из его поля зрения. Мне было уже жалко не юношу, а его отца, хоть совсем недавно всё было наоборот.

Неужели Стоик осознал свою ошибку? Понял, как подло и жестоко поступил, предоставив сына самому себе? Буду надеяться, что это так. Пусть это и не моё дело, но мне очень хочется видеть, как Иккинг искренне улыбается, как он весело смеётся, потому, что им гордится его отец. Это был бы лучший подарок для обоих…

Пусть многим кажется, что Стоик стыдится сына, что он его не ценит, не любит. Но это не так! Я научилась разбираться в людях, видеть их настоящий эмоции и переживания, ну, кроме Иккинга, он слишком хорошо умеет скрывать свои чувства. Но Стоик, это было мне отчётливо видно, сильно любил сына, очень переживал и боялся за него. Но так же в его глазах порой читалась и гордость. Гордость, потому, что Иккинг ни чем не выдавал, что ему больно или тяжело, и, будучи слепым, он не был беспомощным.

Нельзя судить книгу по обложке. Нельзя судить Стоика по первому впечатлению, по его наигранному равнодушию. Нельзя судить так и меня. Пусть для всех я стала гордой стервой, разбивающей чужие сердца. Но на самом деле я была не такой.

Я очень ценила, когда во мне видели ранимую и одинокую девушку, скрывшую свои слабости за маской бесстрашной Хофферсон. Временами мне казалось, что незрячие глаза Иккинга видят меня насквозь, понимая всю мою суть. Пусть многие считали меня сухой и бесчувственной, но это было не так. Я боялась. Я очень боялась за своих друзей, которых могут забрать Маги Огня, и именно потому занялась саморазвитием. Я очень боялась за свою маму, которая не раз говорила мне, что если Племя Огня объявит нам войну, то от Олуха останется лишь горстка пепла…

Будучи, как и Иккинг, старше своих друзей, я очень боялась быть снова обманутой, ведь однажды я уже полюбила, но он сыграл на моих чувствах, признавшись мне потом, что ему было весело наблюдать за наивной дурочкой, ведь именно поэтому я не подпускала к себе парней, разбивая чужие сердца. Я боялась, что меня снова могут предать… В конце концов я боялась за свою жизнь, но понимала, что жизнь целого острова важнее…