— Твое чело отмечено знаком задумчивости, — заметил Тимур, отпивая из чаши воду. Он протянул чашу Шеве и спросил: — Ты о чем-то думала?
Освободив от покрывала лицо, Охотница одарила завоевателя белозубой улыбкой.
— Так, ни о чем!
Тимур кивнул, словно ждал именно этого ответа.
— Должно быть, завтра будет битва, и я хочу кое о чем спросить тебя.
— Я слушаю тебя, мой господин.
Тонкие губы Тимура тронула улыбка.
— Я не твой господин. У таких, как ты, вообще не может быть господина. Такие рождены повелевать. Жаль, что ты не мужчина. Я бы назначил тебя своим преемником…
Шева вскинула брови, удивленная подобным признанием. Она отпила из предложенной ей чаши и сказала, надеясь, что ее слова не покажутся дерзостью:
— Быть может, и женщина достойна править в не меньшей степени, чем мужчина.
— Да, такая женщина, — неожиданно легко согласился Тимур. — Но мир покуда не знал подобных женщин. Он не признает тебя. Для этого нужно время.
— Ты прав, повелитель, — согласилась Охотница, в который раз отметив, сколь здравы слова старца.
— Такая женщина! — задумчиво повторил Тимур. Устремив взгляд желтых глаз прямо в лицо Шевы, он бросил: — Ведь ты не случайно очутилась здесь?
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, повелитель. Ты сам забрал меня из шатра внука.
— Да, забрал, — согласился Тимур. — Но кому-то было угодно, чтобы ты очутилась в этом шатре как раз в то утро, когда я решил проведать Халил-султана.
— Случайное совпадение.
— Может быть… — Раб по имени Ахыз принес блюдо с пловом, и Тимур замолчал, не желая посвящать невольника в свои тайны. Но едва тот отошел, завоеватель продолжил: — Мне донесли, что в городе Кайсери людям явилась прекрасная и губительная пери. Говорят, она натворила немало бед и исчезла. Еще говорят, у нее было необычное, белое, но прекрасное лицо.
Охотница улыбнулась.
— Но это явно не я. Мое лицо не назовешь белым!
— Действительно. Но ты способна менять лицо.
Шева пожала плечами.
— Ты говоришь странные слова.
— У тебя меняется лицо, когда ты спишь, — с улыбкой поведал Тимур.
Надо ли говорить, какие чувства охватили Шеву? Она провалилась, задание было на грани срыва. И у Шевы не было сколь-нибудь четкого плана, как выбраться из тупика, где она неожиданно для себя оказалась. Убить Тимура? Это непременно вызовет волну, о которой предупреждал Сурт. Или… Но ничего удачного она не могла придумать. На всякий случай Шева приготовилась послать мысленный импульс Сурту. Тимур внимательно рассматривал лицо Шевы, на губах его играла сухая улыбка.
— Так кто же ты, прекрасная незнакомка? Пери?
— Нет, я человек. Но я обладаю способностями, недоступными ни одному из людей, каких знаешь ты.
— Откуда же ты взялась? Я слышал, твоя одежда была необычна.
— Я пришла из времени, которое еще не наступило, — призналась Шева, уже в третий раз нарушив восьмой параграф инструкции, гласивший: «Путешественник во времени не должен предоставлять правдивую информацию о себе ни одному обитателю Отражения».
Завоеватель задумчиво покачал головой. Потом он вдруг засмеялся.
— Должно быть, это славное время, если там живут такие прекрасные женщины! Ты ешь, ешь!