Оружейник на Фронтире: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А что это такое?

— Станина для пресса, который стволы протягивает.

Под второй подход к кофе узнал, что мини-печку для нормализации стволов может сделать его знакомый печник, только ее придется ставить во дворе, так как это фактически паяльная лампа-переросток с кожухом для заготовок. После ухода мастера достал банку с краской и кисть, но тут появилась Катя и сказала, что хочет покрасить станину сама. Сварка и покраска устроили такой запашок в доме, что пришлось открывать все окна, поэтому на стрельбище поехал один, по дороге купив у Билла пачку 338х. День выдался безветренный, бенчрестовый стол оказался свободен, и после долгих наблюдений за флагами, сделал выстрел на 300 — перелет. Перенес прицел на мишень на 500 — попал в лист ниже центра. Перезарядил, прикрыл глаза, вспоминая положение флагов и флюгеров, потом дождался похожего ветра… в общем, группа из десяти выстрелов собралась около восьми сантиметров. В перерыве забрал мишень и поехал домой, позвонив перед тем капралу Оззи, который ответил что зайдет завтра, так как на дежурстве. Расчехлив станки и убравшись в мастерской, занялся очередными коробками к винтовкам, и до вечера сделал еще две.

Орденский капрал Майк зашел за винтовкой рано с утра, почти на рассвете, заплатил за работу, забрал винтовку, удивился виду мишени и ушел. А день прошел в наладке пресса — съездил за цилиндром, выточил золотник и корпус распределителя воздуха, припаял серебряным припоем дорн на конец прута из инструментальной стали, приглядывая за сверлильным, который за то время прошел пять заготовок для 375-го. Омеднение канала перед протяжкой, а медь при таких нагрузках работает как смазка, проделал просто при помощи воронки, заливая раствор в ствол, стоящий в ведре. Вытер канал насухо, смазал трансмиссионкой, продел стержень дорна через ствол.

Компоновка пресса была перевернутой — цилиндр тянул вверх, а заготовка находилась на удобной высоте над полом. Поэтому просто вставил резьбовой конец стержня в отверстие на подвижной части пресса, навинтил гайки, закрепил боковые фиксаторы ствола, чтобы он не извивался, и открыл кран сжатого воздуха. Секунду ничего не происходило, но потом с громким шипением подвижная часть пресса уехала вверх, а затем ствол упал на пол. Переключив кран, опустил шток пресса обратно, отвинтил стержень — дорн был на месте и выглядел как новый. Заглянул в ствол — зеркально блестящие, ровно вьющиеся нарезы… но это было полуправдой — канал еще надо было отмыть от меди аммиачным реактивом, и почистить от него. Опытный ствол развернул под 375, обточил и вскоре установил в самозарядку, благо газовая камера была кольцевой и газоотвод был просто отверстием в стенке ствола в нужном месте. Очень хотелось побывать на стрельбище в тот же день, не терпелось посмотреть кучность тянутого ствола, но тут звякнул колокольчик в «офисе», это был водитель с судоремонтного, привезший пятьдесят станин для пресса. Перетаскав тонну чугуна под навес, понял что на сегодня рабочий день окончен.

На стрельбище пошли утром, вместе с Катей, ей стоило потренироваться стрелять из винтовки стоя, а меня ждал бенчрестовый стол и 375-я самозарядка с двумя десятками остроносых заводских пуль. На ста метрах кучность оказалась шесть сантиметров в десятипульной серии, что было в принципе ожидаемо для такого оружия, и более чем хорошо для охоты. Измерив мишени линейкой уже за столом чистки оружия, заметил за крайним слева столом вчерашнего посетителя — Майка с «эрмой». Он стрелял очень не торопясь, под ветер, причем только с переднего мешка, без заднего бенчрест упора. После перерыва на замену мишеней он долго хвалил качество работы по ремонту, после которого «со стола» собрал кучность два дюйма на пятьсот метров, то есть пять см, то есть треть угловой минуты.

Работа шла, винтовки продавались, и мы с Катей вполне были довольны друг другом и жизнью, но как-то днем к дому подъехал потрепанный «зил», и средних лет боец постучал в дверь. Был он среднего роста и средних лет, одет в песчаного цвета форму, имел горбик и лысину.

— Ефрейтор Станислав Кривожабенко — назвался он. — Привез вам груз с механического завода, куда разгружать будем?

— Сейчас ворота мастерской открою, задом заехать сможете?

Открыв ворота и загнав туда на пару метров грузовик, стали втроем с водителем, представившимся Павлом Маришиным, разгружать коробки с гильзами. Это был нелегкий труд — пятьдесят ящиков по тысяче штук, то есть около двадцати пять кило каждый ящик. Штабель ящиков мы поставили слева от двери, чтобы не мешал. Водитель в кузове подавал ящики, а мы вдвоем ставили их. После разгрузки предложил гостям кофе и перекусить, благо время было к обеду. За обедом Станислав сказал, что он радиоинженер, и назвал между делом пароль. Предложил ему помочь мне с радиостанцией, которая уже сколько времени лежала на полке — как ее подключать, просто не понимал, а здешних мастеров из радиомагазина просить не хотел. Принес станцию.

Станислав сказал, осмотрев ее.

— Это один из самых крутых «Харрисов», модель RF-7800H-MP, вообще-то она числится носимой.

— Да, вес у нее то что надо. А в машину поставить ее можно?

— Довольно просто. Паяльник и тестер есть?

— Есть, и не только они, я больше по другой технике, но чуток разбираюсь.

Тут Павел сказал, что ему надо ехать на грузовую стоянку к остальной колонне, и оставил нас. Пошли к машине, принесли инструменты и занялись подключением аппарата.

После ухода водителя, Станислав сказал, что приехал он больше по вопросам с производством тренажера — не ладилось в опытной мастерской с оптикой и самим диодом. Рассказал ему, что вспомнил, а он внимательно записывал. Затем он написал на нескольких листах инструкцию к рации — оказалось что у нее куча диапазонов, и множество прочих функций. Тут уж я задумался, что за моджахеда привалил мой приятель в Ливии, что в машине покойного была такая аппаратура? Подарок был просто царский, впрочем не за просто так, а в благодарность за кое-какое странное оружие.

Ответная просьба была тоже несложной — встретить через три дня человека на орденской Базе, помочь экипироваться, и подсадить в попутный «автобус» до Демидовска.

— А что сами встретить не можете?

— Так мы сегодня и завтра получаем грузы, сажаем в автобус «демографических», и ходу…

— Кого — Кого? «Демократических»? Это что, пленные демократы на корм крокодилам? А я-то удивлялся, куда юмористы из телевизора пропали…

— Нет — нет… — (и от смеха чуть со стула не упал)

— «Демографические» это другое. Здесь, на Новой, большой перекос в сторону мужчин наблюдается, конечно многие семьями едут, но все же одиноких переселенцев немало. Вот Орден и ловит на той стороне девок, оптом бордель зараз, и отправляет сюда, по своему принципу: «у каждого должен быть шанс».

— Нифига себе, методы…

— А что хочешь? Иначе здесь такое начнется… Но вообще-то они по большому счету правы, большинство таких переселенок здесь замуж выходят и живут счастливо, и я так свою Алису встретил пятнадцать лет назад, а сейчас старший сын школу заканчивает, а младшая только пойдет скоро туда.

— В общем, мы как автобус с девками в колонну возьмем, сразу полный ход в Демидовск, чтобы у них тут соблазна не было за старое взяться, а очень нужный человек переходит позже, а ради одного колонну два дня здесь кормить неуместно.

С этими словами Станислав достал из кармана конверт с фото, и положил его на стол:

— Вот она.

Посмотрел на фото и замер. Сколько лет прошло, но… она не изменилась. То же модельное личико, те же злые карие глаза в обрамлении иссиня — черных волос…

— Кто?